ВООРУЖЁННЫЕ СИЛЫ БУДУЩЕЙ РОССИИ

 

 




 




 




Владимир КВАЧКОВ

 

 

ВООРУЖЁННЫЕ СИЛЫ БУДУЩЕЙ РОССИИ — РУССКАЯ АРМИЯ

 

Владимир КВАЧКОВ:       ОПАСЕН ВЕРНОСТЬЮ РОССИИРазмышления об армии в настоящее время в основном сводятся к обсуждению системы ее комплектования, которая по своему значению для защиты Отечества и обеспечения военной безопасности страны является проблемой второго порядка. Перепуганному нынешними СМИ и властной верхушкой обывателю настойчиво вдалбливается мысль, что именно в изменении порядка комплектования солдатами и сержантами лежит решение проблем этой полувооружённой, полууправляемой и полукриминальной массовой государственной организации, называемой "Вооружёнными Силами Российской Федерации".

Всё гораздо хуже и опаснее: нынешняя российская армия безнадёжна. Будущей России нужна другая армия — с новой организационно-штатной структурой, с новыми наименованиями частей, соединений и объединений, с новыми знамёнами и новой военной присягой. Будущие Вооружённые Силы должны соединить в себе историю как бывшей Русской Императорской, так и бывшей Советской Армии, стать армией России или будущего Союза Великой, Малой и Белой Руси — стать Русской Армией.

А тем, кого пугает в сокращённом названии новых Вооружённых Сил России слово "Русская", можно напомнить, что в Русской Армии считали для себя честью служить и называли себя русскими генералами грузин П.И. Багратион, шотландец М.Б.Барклай-де-Толли, немец Г. Клаузевиц, поляк В.Н.Клембовский, финн К. Маннергейм, десятки генералов и сотни офицеров из числа нерусских коренных национальностей России.

Предстоит кропотливая работа военных историков, генералов и офицеров главных и центральных управлений Министерства обороны и Генерального штаба, прежде всего, оперативного и организационно-мобилизационного, всей российской общественности по формированию исторического облика новой армии.

Так, представляется, что в Русской Армии должны возродиться Преображенский и Измайловский полки, присоединив к своей истории, например, боевой путь полков советских Таманской и Кантемировской дивизий. Аналогичный подход к возрождению других славных русских полков, бригад, дивизий, корпусов и армий и слиянию их истории с историей советских частей, соединений и объединений применим в Сухопутных войсках и Военно-Морском флоте. Существующие наименования в ВВС и ПВО, РВСН, РЭБ и других появившихся в советский период войсках (силах), наверное, в меньшей степени нуждаются в каких-то исторических дополнениях.

Армия должна получить не только другие исторические наименования, но и другую нумерацию частей, соединений и объединений. Думаю, мало кто будет спорить, что в нынешней нумерации, извините, — сам чёрт ногу сломит. За основу новой надо взять принцип построения нумерации, традиционно применяемый в немецком бундесвере. Там в основу нумерации положены номера дивизий и армейских корпусов, от которых легко вычисляются и распознаются в практических действиях по управлению войсками номера бригад, батальонов и отдельных частей. Так, в 1 мотопехотной дивизии — 1,2,3, бригады; в 1 мотопехотной бригаде — 11,12,13, мотопехотные и танковые батальоны, 14 артдивизион и т.д.; в I АК все части корпусного подчинения имеют номер 1, во II АК — номер 2 и т.д. Этот же принцип используется в китайской армии и в ряде других. Гвардейские части и соединения следует ввести в общую нумерацию с прибавлением титула "гвардейская". Это о формальной стороне строительства новой армии. Теперь о содержательной.

Вооружённые Силы будущей могучей России должны соответствовать характеру возможных войн и вооружённых конфликтов и обладать боевым потенциалом, обеспечивающим национальную безопасность в военной сфере и защиту национальных интересов. Лукавые добавки к этому требованию о том, что Вооружённые Силы должны, якобы, строиться "в соответствии с экономическими возможностями" есть подмена объективных требований к своей армии экономическими условиями её строительства. Требования обусловливают содержание показателей, какой должна быть армия; экономические показатели — какой может быть армия, исходя из наличных возможностей. Разница между этими двумя армиями есть разница между требуемой безопасностью и имеющейся. Сегодняшняя "маржа" (так понятней для нынешней военно-политической верхушки) настолько катастрофична, что показывать её народу для власти опасно; поэтому в требования к Вооружённым Силам подло введена в качестве целеполагающей финансовая составляющая. Уже давно установлена закономерность: объём и характер угроз военной безопасности извне обратно пропорционален показателям боевой мощи вооружённых сил.

I.

К ведению каких войн должна быть готова Россия и ее будущие Вооруженные Силы

Существуют четыре типа войн и вооружённых конфликтов, различающихся по уровню и военно-техническому соотношению сторон, в которых возможно прямое или опосредованное участи России. 
     1. Война с противником, значительно превосходящим Русскую Армию в количестве и качестве вооружения и военной техники. Так, противник будет обладать господством в воздухе, в космосе, на море, в информационно-технической сфере (в областях радиоэлектронной борьбы, связи, управления, навигации, целеуказания и т.п.). Такая война может иметь место на Западном театре войны против НАТО и на Дальневосточном (Тихоокеанском) театре войны против США и Японии.

В этом случае наш выбор небогат: в ситуации, при которой возникнет угроза суверенитету, территориальной целостности страны или другим нашим жизненно важным интересам ядерное и другое оружие массового поражения должно быть немедленно применено в объёме, исключающем нанесение по нам массированных авиационно-ракетных ударов. При этом очень важно успеть первыми нанести ядерные удары, обеспечив гарантированное нанесение противнику неприемлемого ущерба. Так что здесь и обсуждать особенно нечего: попытка уничтожения России должна стать 100% попыткой самоубийства для агрессора.

Однако переход к применению тактического, оперативного или стратегического ядерного оружия должен адекватно отвечать характеру угроз. Не топить же великобританский остров со всеми потрохами каждый раз, когда с него будет взлетать американский стратегический бомбардировщик с обычным вооружением против нас или наших союзников. Хлопотно это. Поэтому другим адекватным, но асимметричным способом достижения победы на Западном театре войны является диверсионная, партизанская война.

Звучит для многих вызывающе, скандально, эпатажно, но… такое предложение совсем не ново и уже было в нашей военной истории. Именно такой ответ на военно-техническое превосходство Антанты нашёл в 1924 году советский полководец, народный комиссар по военным и морским делам СССР М.В.Фрунзе. К партизанским формам и способам военных действий прибегают и в современных условиях, когда открытая вооружённая борьба с явно превосходящим противником не имеет шансов на успех, именно такая война даёт часто единственный шанс для достижения победы.

…В 1999 году после начала натовских бомбёжек Югославии у меня, при активной поддержке генерал-полковника Ивашова Л.Г., тогда начальника Главного управления международного военного сотрудничества Министерства обороны РФ, состоялось несколько встреч с послом Югославии в России Б.Милошевичем и другими сотрудниками посольства. Целью встреч было убедить югославское военно-политическое руководство в том, что в создавшейся обстановке единственным способом прекращения авиационных и ракетных ударов по объектам на сербской территории является подготовка и ведение специальных действий (операций) на территории стран-агрессоров, прежде всего, нанесение диверсионных ударов по аэродромам в Италии. Зная моральный дух и техническое оснащение югославского спецназа, я полагал, что такая задача вполне могла быть выполнена.

Имелись и у нас добровольцы, готовые сражаться за сербов и подготовленные к выполнению подобных задач в тылу противника. К сожалению, югославские руководители в конечном итоге отказались от ведения специальных операций, испугавшись, по-видимому, обвинений в терроризме и понадеявшись на политическую и дипломатическую поддержку России. Результаты этих надежд известны. Страшную цену заплатили и продолжают платить наши братья сербы за отказ от диверсионно-партизанских действий, за отказ от исторических традиций Югославской национально-освободительной армии. Угроза диверсионной войны в Европе — единственный военный способ заставить европейских обывателей и их политиков отказаться от мысли об агрессии и применения военной силы против суверенных государств.

Кроме того, в новой российской военной доктрине должно быть место для широкомасштабных партизанских действий на своей территории, в случае захвата её противником. В действующей же доктрине вообще нет упоминания о партизанских действиях, как будто в нашей истории не было двух Отечественных войн, в которых партизаны сыграли значительную роль. Впрочем, какое дело до Отечества всем нынешним министрам, включая этого английского бойскаута на выданье, который в напяленной на уши пилотке, в камуфляже и белых кроссовках, припёрся на военные ученья в Белоруссии (неужели в Министерстве обороны уже и научить некому, как правильно носить форму?..) У них своя судьба, у нас — своя.

     2. Война с противником, обладающим приблизительно равным военно-техническим уровнем вооружённых сил. 
Таким вероятным противником являются Китай на Востоке и Турция на юге.

В настоящее время возможность войны или вооружённого конфликта с Китаем близка к нулю. Китайцы и без того стремительно продвигаются к достижению своих геополитических и геоэкономических целей в Сибири и на Дальнем Востоке. Возможность крупномасштабного вооружённого конфликта новой Русской России с Китаем может появиться, когда по каким-либо причинам в руководстве китайской компартии произойдёт то, что произошло в КПСС и СССР с приходом Горбачёва-Ельцина. Вот тогда мировой интернациональной закулисе будет очень выгодно столкнуть между собой и ослабить сразу два крупнейших национальных государства.

Будем надеяться, что наши китайские товарищи не повторят ошибок советских коммунистов, но если всё-таки китайский либерально-буржуазный переворот произойдёт и нас втянут в вооружённую борьбу, то без достаточного количества тактического ядерного оружия не обойтись. Необходимо также вернуться к незаслуженно забытой идее бывшего командующего ВДВ Г.И.Шпака о складировании на Дальнем Востоке и в других удалённых районах второго комплекта вооружения и техники для воздушно-десантных и других аэромобильных соединений и частей, способных в короткие сроки развернуться в районах возможных приграничных вооружённых конфликтов.

Однако наиболее вероятным противником, посредством которого попытаются свернуть нас с пути или существенно замедлить процесс грядущего Русского Возрождения в 21 веке, является Турция. Безусловно, нынешняя светская Турецкая республика, на которую в полном объёме распространяются взаимные военные обязательства НАТО, на эту роль не годится. Мировой закулисе нужно, чтобы Турция сама, якобы, без НАТО сцепилась с Россией. Пока существуют Босфор и Дарданеллы, через которые ходят российские суда и корабли, повода искать не надо. Для этого надо привести к власти в Анкаре какое-либо псевдоисламское радикальное правительство, которое под каким-то протестным предлогом объявит о выходе из НАТО (благо, само НАТО всё больше втягивается в вооружённые конфликты в Афганистане, Ираке, Судане и других исламских странах) и объявит себя теократическим исламским государством. Чтобы исключить у противника ещё в замысле подобный сценарий развития событий, боевая мощь Черноморского флота и Средиземноморской эскадры, в том числе морской пехоты, вместе с оперативно-стратегической группировкой ВВС, сухопутных войск и ВДВ на юго-западном стратегическом направлении, юго-западном театре военных действий должна обеспечивать разгром вооружённых сил Турции в воздухе, на море и на суше без применения ядерного оружия.

     3. Война с противником с более низким военно-техническим уровнем вооружённых сил. Ещё 15 лет назад назвать Грузию в качестве вероятного военного противника России могло прийти в голову только сумасшедшему. Но к власти в стране, которая подарила советским людям незабываемую национально-грузинскую теплоту "Мимино", пришли сумасшедшие, и всё перевернулось. Теперь только слабоумный или малодушный не понимает или боится признать, что Грузия стала враждебным государством. Учитывая, что военно-политические прогнозы надо строить не на чувствах прошлого, а на политической реальности настоящего, приходится признать, что при определённых условиях приведение Западом, Турцией или Китаем враждебных России режимов по типу грузинского с целью дестабилизации приграничной обстановки возможно и в Азербайджане, и в бывших союзных республиках Средней Азии.

Степень политической выгоды для наших геополитических противников и соперников, а значит, и возможность создания враждебного России приграничного окружения на Кавказе и Средней Азии, будет зависеть от способности будущей Русской Армии сформировать, при необходимости, в этих южных странах требуемую военно-политическую обстановку. Но в отличие от США и НАТО нам нет никакой необходимости устанавливать в этих южных странах оккупационный режим и вводить туда свои войска. Оперативно-стратегические задачи создания политических условий для формирования дружественных правительств должны решаться Воздушно-десантными войсками и Войсками специального назначения при массированном применении Военно-Воздушных Сил и армейской авиации в форме воздушных наступательных и специальных операций.

4. Война (боевые действия) против иррегулярных вооружённых формирований. Коммунистическое учение о войне и армии не предусматривало применение вооружённых сил победившего социализма против партизанских, повстанческих и других иррегулярных вооружённых формирований. Предполагалось, что широкие народные массы по классовым причинам всегда будут на стороне социалистического государства. А поскольку марксистская мерзость об отсутствии у пролетариата Отечества стала догмой, то все, кто был против социализма, считались бандитами (как в настоящее время все, кто против капитализма, считаются экстремистами или террористами). Сбои в коммунистической системе военных взглядов, не признававшей примата национального в войне и вооружённой борьбе, начались ещё с катастрофического разгрома войск Красной Армии под руководством М.Н.Тухачевского в советско-польской войне 1920 года. Этот же родовой дефект коммунистической идеи в военной сфере проявил себя при подавлении военных мятежей и народных восстаний вначале в самой России — в Кронштадте и на Тамбовщине (здесь еврейско-большевистский палач

Тухачевский не побоялся применить против русских крестьян боевые химические отравляющие вещества), против бандеровцев и "лесных братьев" на Западной Украине и Прибалтике в послевоенные годы, при подавлении вооружённого восстания в 1956 году в Венгрии, в 1968 году — западно-либеральной оппозиции в Чехословакии. Всё это время советская армия применялась, не имея в своих руководящих документах даже упоминаний о задаче ведения боевых действий против партизан или повстанцев. Советское военное искусство отказывалось официально признать их. В 1979 году 40 Армия ТуркВО Советских Вооружённых Сил начала девятилетние боевые действия в Афганистане, основным содержанием которых стали именно противопартизанские и противоповстанческие действия. Расплачиваться пришлось кровью.

… Летом 1983 года группа сотрудников ГРУ ГШ, в том числе и я, была привлечена к проведению сборов с офицерами штабов дивизий и полков 40 Армии с целью обобщения опыта и совершенствования порядка подготовки и ведения боевых действий против афганских мятежников. Через 1,5 месяца занятий при подведении итогов мною, тогда подполковником, было предложено приступить к разработке наставления или руководства в уставном порядке регламентирующего порядок подготовки и ведения боевых действий против партизанских, повстанческих и других иррегулярных вооружённых формирований, поскольку формы и способы действий войск (сил), изложенные в действующих боевых уставах, не соответствуют реальной боевой обстановке. Ответ начальника главного управления боевой подготовки генерал-полковника М. был резким и категоричным: "В наших уставах есть всё необходимое, а эта "партизанщина" — просто особенности боевых действий в горах". 
Прошло более 20 лет. После Афганистана нам, армии, пришлось принять участие в различных внутренних конфликтах на территории СССР, оказывать содействие дружественным иррегулярным вооружённым формированиям в Таджикистане, отвоевать две войны в Чечне, в которых противопартизанские, противоповстанческие и контртеррористические действия, как и ранее в Афганистане, являлись основным содержанием боевых действий войск (сил).

Нет, наверное, ни одного военного перекрёстка, на котором Главковерх Путин и его военный министр Иванов не протрубили бы о войне с терроризмом, в которую они свалили в одну кучу действительную борьбу с терроризмом, борьбу с сепаратизмом и вооружённую борьбу партизан и повстанцев в национально-освободительном движении. Но до сих пор в российском военном искусстве и в боевых уставах как не было, так и нет ни противопартизанских, ни противоповстанческих, ни контртеррористических, ни других специальных боевых действий или специальных операций. Моя последняя попытка исправить это положение была предпринята в 2004 году накануне введения новых основ подготовки и ведения операций Вооружёнными Силами РФ. Как сотруднику уставного направления Центра военно-стратегических исследований Генерального штаба мне стало известно, что из нового основополагающего уставного документа готовится изъятие уже разработанной нами главы о специальных операциях. Долго убеждать командующего ВДВ генерал-полковника Г.И.Шпака не пришлось, и в течение нескольких дней была подготовлена и отправлена за его подписью записка министру обороны С.Б.Иванову о необходимости введения в российское военное искусство и уставные документы нового вида военных (боевых) действий — специальных действий (операций). Предложение было отвергнуто. Новым поколениям русских солдат, офицеров и генералов вновь придётся на своём личном опыте в бою учиться выполнять эту совсем не простую тактическую, оперативную и стратегическую задачу — уметь организовывать и вести диверсионные, партизанские, повстанческие, информационные и другие специальные действия и быть готовыми противодействовать аналогичным действиям противника.

Борьба с диверсионно-разведывательными группами и отрядами сил специальных операций иностранных армий, а также с партизанскими, повстанческими и другими иррегулярными вооружёнными формированиями противника будет являться важной составной частью военных действий на всех театрах военных действий. Однако в Центрально-азиатском регионе такая борьба вновь может стать основным содержанием военных действий России и её союзников. Успешная вооружённая борьба против сил специальных операций и иррегулярных вооружённых формирований возможна только при наличии в составе вооружённых сил высокоподготовленных соединений и частей специального назначения, а также армейской авиации и десантно-штурмовых (аэромобильных).

Важнейшую роль в таких специальных действиях приобретает разведка вообще и воздушная разведка в особенности. Здесь принципиальным является утверждение, что жизнь одного российского летчика или разведчика стоит дороже жизней сотен вооружённых полулюдей, которых он должнн обнаружить и уничтожить в горах, лесах, в степи или пустыне. Выход один — приоритетное развитие беспилотных самолётных и вертолётных систем. Однако именно это направление развития авиации практически исключено из утверждённой недавно Государственной программы вооружений. Ведь вооружённые беспилотники, в свою очередь, могут стать мощнейшим средством борьбы российских войск специального назначения и партизан против высокотехнологичных армий США, НАТО или Израиля. По сути, беспилотные малогабаритные летательные аппараты, не требующие огромных аэродромов и запускаемые с ограниченных площадок, — это идеальная диверсионно-партизанская авиация. Кто ж России позволит такое…

II.

Приоритетность стратегических, оперативных и тактических задач будущей Русской Армии

Итак, единой стратегии, единых форм и способов действий войск (сил) у будущей русской армии быть не может. В зависимости от театра войны и соотношения военно-технического уровня сторон содержание и приоритетность выполнения стратегических, оперативных и тактических задач будет различной. Считаю возможным высказаться лишь по отдельным пунктам, которые, как мне кажется, в наибольшей степени повлияют на облик будущей Русской Армии.

     1. В использовании космического пространства всё более явной становится тенденция в смещении содержания задач орбитальной группировки от информационно-навигационных и других функций обеспечения операций на суше, море и в воздухе к самостоятельной сфере военных действий. Развёртывание в космосе противоспутникового оружия, элементов противоракетной обороны, включение космических аппаратов в контур боевого управления — лишь первые шаги в этом направлении. Поэтому нынешнее объединение воздушной среды и космического пространства в якобы единую воздушно-космическую сферу военных действий представляется не целесообразным. По мере развития космической науки и техники в военной области расхождение воздушной и космической сфер будет всё больше увеличиваться. Космос как особая природная среда неизбежно становится четвёртой самостоятельной сферой военных действий и требует соответствующего вида Вооружённых Сил, какими по аналогии являются Сухопутные войска, ВВС и ВМФ. Отказ от признания Ракетных войск стратегического назначения (РВСН) в качестве четвёртого вида Вооружённых Сил возможно признать целесообразным только при условии, что таким видом ВС должны стать будущие Военно-Космические Силы (ВКС) России, включающие в себя РВСН в качестве рода войск. Создание главного командования ВКС позволит более оперативно решить все вопросы в космической сфере, оптимизировать заказы космического вооружения и техники, в том числе, эффективно организовать и проводить работы по форсированному восстановлению орбитальной группировки Глобальной навигационной спутниковой системы ГЛОНАСС, использование которой необходимо предусмотреть не только в интересах навигационного обеспечения военных действий, но и в гражданских, народнохозяйственных целях.

     2. В будущей Русской Советской Армии должны появиться Войска специального назначения (ВСпН). Для их создания ничего особенно затратного не потребуется: минимально необходимое количество бригад специального назначения и других частей уже имеются, как в военных округах, так и в центральном подчинении. Есть также и соответствующие структуры военного управления в Генеральном штабе, способные стать основой для формирования Командования Войск Специального Назначения.

Подобные Силы специальных операций в 1986 году появились в США, а сейчас есть в вооружённых силах практически всех развитых стран мира. Их возникновение связано с новшествами в военном деле, которые можно свести в три группы.

Первое — всё большая зависимость исхода вооружённой борьбы войск на фронте от устойчивой работы всех систем в тылу. Второе — уязвимость большинства современных образцов вооружения и техники и их вывод из строя даже при незначительном повреждении каких-либо элементов конструкции. Третье — резкое увеличение боевых возможностей носимых образцов вооружения и техники спецназа и других диверсионных (партизанских) формирований: реактивных противотанковых гранат и гранатомётов (РПГ), противотанковых управляемых реактивных снарядов (ПТУРС), переносных зенитных ракетных комплексов (ПЗРК), противопехотных и противотанковых мин и фугасов, в том числе радиоуправляемых.

Применение этих образцов вооружения в тылу противника в засадах и налётах оказалось в десятки раз более эффективным, чем при действиях в открытом бою на фронте. Так, общепринято, что боевой потенциал ручного противотанкового гранатомёта по отношению к боевому потенциалу танка равен 1:10. То есть, чтобы уничтожить 1 танк, нужно противопоставить ему 10 РПГ, поскольку пока гранатомётчик выстрелит с доступного расстояния и попадёт в уязвимое место танка, последний из орудия и пулемётов успеет уничтожить 9 гранатомётчиков. Однако в диверсионной или в партизанской войне ситуация резко меняется, и боевые потенциалы танка и РПГ могут стать равными, а то и даже измениться в пользу гранатомётчика. Совсем свежее подтверждение тому — прекрасная работа гранатомётчиков и операторов ПТУРС "Хезболлы" против еврейских танков в южном Ливане. 
По расчётам, в 60-70 раз возрастает эффективность применения противопехотных и противотанковых мин и фугасов специальными способами в тылу противника по сравнению с их установкой в традиционных минных полях. Резко увеличивается вероятность поражения самолётов и вертолётов при использовании ПЗРК при взлёте и посадке в районе аэродромов и на маршрутах полётов в тылу противника по сравнению с применением ПЗРК в боевых порядках войск. Увеличение боевых возможностей отмечается при использовании практически большинства образцов вооружения и техники при их применении специальными способами в тылу противника (на территории полностью или частично контролируемой противником). Две страны — СССР и США создали малогабаритные ядерные фугасы, переносимые 2-3 разведчиками — диверсантами. Поэтому появившиеся мифы о феноменальных возможностях спецназа имеют под собой некоторую объективную основу.

Первым военным мыслителем, увидевшим огромные возможности целенаправленной вооружённой борьбы в тылу противника в отечественной, европейской и мировой истории, стал русский генерал, известный командир первого армейского партизанского отряда Денис Васильевич Давыдов. В изданной в 1822 году книге "Опыт теории партизанского действия" им были изложены цели и задачи партизанской войны, основы стратегии и тактики действий партизанских отрядов регулярной русской армии в тылу противника, обоснована необходимость заблаговременной подготовки и планирования партизанских действий ещё в мирное время на государственном уровне, а также создания специальных войск для применения в тылу противника, основу которых должны составлять казачьи части. Именно Д.В.Давыдов первым указал на необходимость введения партизанской войны в национальную военную доктрину и в русское военное искусство.

В течении XIX века русская военная мысль в лице генералов Н.С.Голицына, Ф.К. Гершельмана, В.Н. Клембовского, Н.Н. Сухотина и других последовательно развивала теорию подготовки и ведения партизанских действий. К сожалению, верхушка императорской армии к началу первой мировой войны так и не смогла оценить и реализовать эти идеи в практике военного искусства и строительства Русской армии. Аналогичную ошибку совершило и советское военно-политическое руководство, как в предвоенные годы, так и в ходе второй мировой войны. Неоднократные предложения полковника Ильи Григорьевича Старинова, этого величайшего диверсанта XX века, сформировать диверсионные соединения и части специального назначения в составе РККА так и не были реализованы.

Мы могли вырваться вперёд в развитии диверсионных, противодиверсионных, партизанских, противопартизанских, контртеррористических и других специальных действий ещё в середине 1950-х годов, когда Г.К.Жуков принял решение о создании в составе Советских Вооружённых Сил корпуса специального назначения, о чём вспоминал Герой Советского Союза Владимир Васильевич Карпов (низкий поклон ему и как разведчику, и как писателю). Однако в 1956 году Г.К.Жуков был снят с должности министра обороны СССР, при этом, одной из причин смещения Жукова Н.С.Хрущёв назвал "создание диверсантов с целью свержения Советского Правительства". Страх правителей перед собственной армией мы видим и теперь.

В 1997 году в Воздушно-Десантных войсках была проведена открытая военно-научная конференция по проблеме специальных операций и необходимости создания в России Войск (сил) специального назначения. В конференции приняли участие представители главных и центральных управлений МО и ГШ, руководители Академии военных наук, начальники военных академий, председатели Совета Безопасности РФ и соответствующих комитетов Госдумы. Ведущую роль в организации и подготовке конференции сыграл начальник разведки ВДВ полковник П.Я. Поповских; основной доклад было поручено сделать мне. По итогам работы участниками была принята резолюция, в которой указывалось на важное значение специальных операций в современных условиях, предлагались рекомендации по развитию теории специальных операций и их практическому освоению в российской армии, дальнейшему изучению вопроса о создании Войск (сил) специального назначения в Вооружённых Силах.


Однако практическая реализация предложений оказалась совершенно неожиданной. П.Я. Поповских был арестован по обвинению в организации убийства какого-то журналиста из "Московского комсомольца", просидел в тюрьме несколько лет и, в конце концов, оправдан судом. Меня уволили из ГРУ ГШ, несмотря на рапорт о желании служить дальше и приказ Министра обороны о продлении мне срока службы ещё на 5 лет.

В 2000 году один из известных ныне политиков, сын легендарного командующего ВДВ В.Ф.Маргелова, пользуясь своими возможностями, лично передал тогда ещё и.о. президента РФ В.В.Путину мою докладную записку о необходимости введения в российское военное искусство основ подготовки и ведения специальных операций с целью создания в России Войск (сил) специального назначения. Никакого ответа не последовало.

В течение всех последующих лет вплоть до моего ареста в марте 2005 года, я в числе специалистов Генштаба передавал военно-политическому руководству страны различные предложения по полному или хотя бы частичному решению проблемы специальных операций и создания Войск специального назначения. Но всегда, словно какая-то сатанинская сила сверху вмешивалась и разрушала все наши начинания и попытки.

В отличие от российской военной верхушки, скачкообразное увеличение значения вооружённой борьбы в тылу противника было замечено и осмыслено иностранными военными специалистами, усвоено и принято западным военно-политическим руководством и реализовано в военном строительстве США, ФРГ и других развитых стран созданием сил специальных операций.

Думается, что нынешняя российская власть боится армии и армейского спецназа, как своей смерти. Создание Войск специального назначения — задача уже новой России.

     3. Военная доктрина и военная организация любого государства должны соответствовать геополитическим, военно-географическим, социально-экономическим и другим национальным особенностям страны, в том числе историческим традициям и образу жизни народа. Уникальность России, имеющей гигантски необъятную территорию и десятки тысяч километров сухопутной границы, вызвала создание в нашей военной организации особого военного сословия и особых войск — казачества. Вспомним, что в 1916 году казачье население России оставляло около 4,5 миллионов человек, оно было организованно в 11 казачьих войск: Донское, Кубанское, Терское, Астраханское, Уральское, Оренбургское, Семиреченское, Сибирское, Забайкальское, Амурское и Уссурийское.

Эти же казачьи войска и их области необходимо восстановить в составе будущей Русской Армии. Никаких регулярных сухопутных войск не хватит, чтобы на всём протяжении сухопутных границ иметь в приграничных районах силу, способную оказать вооружённое сопротивление немедленно при возникновении военных угроз, на самой ранней стадии применения военной силы. Конечно, это будут не прежние кавалерийские дивизии и полки, а казачьи соединения и части современных родов сухопутных войск, включая армейскую авиацию, это будут казачьи соединения, выполняющие задачи территориальной обороны, несения городовой, сторожевой и пограничной службы. По-видимому, первоначально казаки должны проходить службу по призыву в регулярных частях Русской Армии по необходимым военно-учётным специальностям с последующим зачислением в резервные казачьи подразделения, части и соединения. Отдельные казачьи части, и другие иррегулярные воинские формирования территориальной обороны могут формироваться в других российских землях, например, части и подразделения тверского, псковского, башкирского и т.д. казачества.

III.
Преобразование военных округов будущей Русской Армии в оперативно-стратегические командования

Существенные изменения назрели не только в отраслевой структуре видов и родов войск Вооружённых Сил, но и в их территориальной структуре. В основном, их можно свести к проблеме преобразования нынешних традиционных военных округов в оперативно-стратегические командования (ОСК). Сейчас, правда, появилась одна гнусная идейка ликвидации военных округов и создания на территории России вместо них трёх региональных командований. Процесс разоружения (см. "реформирование") бывших Вооружённых Сил СССР дошёл уже до того, что военные округа перестали отвечать своему наименованию. Нынешние военные округа не соответствуют по своему составу историческому пониманию военного округа, как оперативно-стратегического территориального объединения, способного в ходе стратегического развёртывания стать фронтом. Но концы катастрофического развала армии надо спрятать в воду, поэтому-то и появилось у генштабовских лакеев предложение о создании региональных командований. Кто ответит за утрату боеготовности Дальневосточного, Сибирского или Ленинградского военного округа? — А никто. Не будет того командующего, с которого можно будет спросить за неудачу в операции по защите Отечества. Бывшие командующие войсками округа — уже не в ответе, мы, мол, "должности сдали", а новые командующие региональными командованиями — ещё не в ответе — "а что я могу, я, мол, такое принял…" Эта организационная уловка для ухода от ответственности стара, как само административное управление, но в нынешней РФ она действует безотказно и, главное, безнаказанно.

Кроме того, если нынешние военные округа, имея сколоченные и развёрнутые (пусть и не вполне современные) органы и пункты управления и хоть какую-то устоявшуюся систему связи, после соответствующей "интенсивной организационно-мобилизационной терапии" ещё способны организовать подготовку и проведение фронтовых оборонительных, наступательных и других операций, хотя бы на суше, то региональные командования — это дырка от бублика военной системы управления. В российском военном искусстве нет таких форм военных действий, подготовку и проведение которых можно было бы возложить на региональные командования. Проще говоря, нет таких операций, которые могут осуществить региональные командования ни на суше, ни в воздухе, ни на море. Здесь мы подошли к очень важному пункту в своих размышлениях об административно-территориальной структуре наших Вооружённых Сил: а к каким формам военных действий (операциям, сражениям, ударам, боям) должен быть готов военный округ, фронт или оперативно-стратегическое командование? Может быть, ничего и менять не надо?

Уже в позднем советском военном искусстве произошло ложное отождествление понятий "форма военных действий" и "форма применения группировок войск (сил)". Эта же ошибка перекочевала и в российскую теорию военного искусства, хотя это разные явления.

Формы применения группировок войск (сил), или формы применения вооружённых сил — это способы применения своих сил и средств только одной из воюющих сторон, отражающие взгляды данной стороны на возможный характер и содержание вооружённой борьбы. Содержание установленных форм применения вооружённых сил не зависит от воли противника и определяется доктринальными, уставными и другими военно-теоретическими положениями национального и коалиционного военного искусства. В целом, совокупность форм применения вооружённых сил — это та война, к которой готовится армия данной страны (коалиции).

Формы военных действий — это результат двустороннего воздействия противодействующих сторон друг на друга в избранных ими формах применения своих вооружённых сил. При этом более высокая по степени объективности форма применения вооружённых сил одной стороны станет доминантной в определении формы военных действий, другая же останется рецессивной, поскольку, если и окажет, то гораздо менее сильное влияние на сущность вооружённой борьбы. Образно говоря, в рождении формы военных действий участвуют две формы применения вооружённых сил противных сторон; и кто, согласно генетике, является носителем доминантного, а кто рецессивного аллеля, чей признак определит действительный вариант ведения военных действий, покажет только практика.

Так, если одна сторона изберёт такую форму применения вооружённых сил, как традиционно наземную оборонительную операцию, а другая — воздушно-наземную наступательную операцию, то военные действия между ними примут форму воздушно-наземной операции: для одной стороны она станет воздушно-наземной оборонительной, а для другой останется воздушно-наземной наступательной. То, что первая сторона к такой операции не готовилась, это, как говорится, её проблемы.

Всегда ли будет действовать это правило? Нет, не всегда. Военные действия могут быть дихотомическими или асимметричными. Дихотомия (разделение надвое единого целого) традиционных, обычных военных действий выражается в их делении на наступление и оборону. Эти два основных вида военных (боевых) действий являются взаимосвязанными и соподчинёнными, и, как правило, не существуют друг без друга, если обе стороны избрали один и тот же метод ведения военных действий — разгром противника в открытой вооружённой борьбе. В таких дихотомичных военных действиях форма военных действий в конечном итоге будет определяться формой применения вооружённых сил, обладающих военно-техническим превосходством.

Если же одна из сторон отказывается от предлагаемого противником единого метода войны, уклоняется от применения открытых форм вооружённой борьбы, использует партизанские, диверсионные и иные специальные операции, тогда военные действия приобретают асимметричный характер. В принципе, асимметричным ответом на наступательную воздушную операцию может быть наступательная наземная операция. Вопрос только в том, успеют ли танки и БМП добраться до аэродромов базирования или хотя бы до войск противника. Ирак в 1991 году, по крайней мере, такую возможность имел, расстояние между воюющими сторонами составляло несколько километров, но не смог этим воспользоваться.

Вызывает изумление и настоящую тревогу та легкомысленность нынешнего военно-политического руководства РФ, из-за которой российская армия готовится к проведению фронтовых оборонительных и наступательных операций, соответствующих уровню развития военного дела середины прошлого века.

Наземные фронтовые наступательные и оборонительные операции, операции групп фронтов, как форма применения мощных, прежде всего сухопутных, группировок войск — апофеоз военного искусства времён 2 мировой войны. С появлением ракетно-ядерного оружия в их показателях, структуре и содержании произошли существенные изменения. Насыщение войск (сил) оружием массового поражения привело к отказу от его применения в качестве оружия поля боя в войнах и вооружённых конфликтах, ввиду возможного непоправимого ущерба для самой жизни на Земле. В этих условиях развитие зарубежного военного искусства пошло дальше, к войнам нового поколения, в которых решающая роль достижения победы стала отводиться завоеванию господства в воздухе и космосе, в управлении и сфере радиоэлектронной борьбы, нанесению массированных авиационно-ракетных ударов с применением высокоточного оружия, организации сетецентрического управления военными (боевыми) действиями.

Российская либерально-военная элита, покорно приняв нищий военный бюджет и посмотрев на, как ей кажется, недосягаемую высоту западного военного искусства, "ничтоже сумняшеся", просто вернулась на 60 лет назад в доядерный период и вылизывает, как кот гениталии, фронтовые операции давно прошедшей войны, холуйски используя свой блудливый военно-научный язык. Длящееся вот уже почти двадцать лет так называемое реформирование Вооружённых Сил по своей сути есть одностороннее разоружение армии и целенаправленное обезоруживание русской нации перед лицом своих геополитических противников и соперников. Ликвидация военных округов станет завершающим аккордом похоронного марша по боеспособным сухопутным группировкам Вооружённых Сил России.

Необходима не ликвидация военных округов, а их трансформация в территориальные оперативно-стратегические объединения более высокого уровня применения войск и оружия, организации управления, взаимодействия и всестороннего обеспечения всех сил и средств, расположенных на их территории. Представляется, что такой наиболее целесообразной территориальной структурой является оперативно-стратегическое командование, представляющее собой боевую систему систем ведения вооружённой борьбы в воздухе, на суше, на море, в космосе, в сфере радиоэлектронного противоборства.

Здесь следует заметить, что, хотя господство в воздухе стало абсолютно необходимым условием для успешного проведения любых наземных операций против равного по военно-техническому уровню противника, без мощных группировок сухопутных войск нам защитить свои земли не удастся. Наши задачи в этой сфере военных действий облегчаются тем, что в отличие от США и НАТО, нам нет необходимости готовить наступательные операции за рубежом. Поэтому группировки наших сухопутных войск, после установления естественных границ России и Русского Союза, будут иметь сугубо оборонительные задачи, и потребуют меньшего состава сил и средств. А вкупе с территориальной обороной, включающей подготовку и ведение широкомасштабных партизанских действий на временно захваченной территории, пожалуй, можно говорить о боеготовых мотострелковых, танковых, артиллерийских, армейской авиации и других соединениях и частях Сухопутных войск, только как о первом оперативном эшелоне, и о подготовке в них военно-обученного резерва. Здесь следует отметить, что сейчас белорусская военная теория и практика в области подготовки и ведения территориальной обороны обогнала российскую, и вполне может служить образцом и основой работы на этом направлении. Да и не только на военном. Благодаря государственной деятельности А.Г. Лукашенко, Белая Русь сейчас — как надежда и источник русского света для всех народов России и Украины.

Преобразование военного округа в оперативно-стратегическое командование нельзя провести просто в административно-приказном порядке. ОСК можно создать только поэтапными действиями по организации и формированию боевых систем вначале по вертикали внутри родов войск (сил) в видах Вооружённых Сил с последующим их объединением по горизонтали на единой программно-цифровой основе в общую сетевую систему ОСК, а также на стратегических и операционных направлениях.

Основной формой применения ОСК видится единая операция (наступательная, оборонительная или специальная), проводимая на стратегическом или операционном направлении (в отдельном стратегическом районе) одновременно в воздухе, на суше и в сфере РЭБ (на приморских направлениях — и на море), представляющая собой неразрывную и взаимосвязанную совокупность воздушных, противовоздушных, наземных, морских и радиоэлектронных сражений, боёв и ударов, рассредоточенных по единому цифро-боевому пространству, с непрерывным оперативным планированием боевых действий и управлением ими в масштабе реального времени. Такая единая временно-пространственная операция требует соответствующих приёмов и способов управления военными действиями.

Нынешние методы последовательной и параллельной работы командующих, штабов и других органов управления с многочасовыми рисованиями на картах решений и планов операций, их доставкой и утверждением у вышестоящих командиров и начальников за тридевять земель — позавчерашний день военного управления. Завоевание превосходства в любой из сфер военных действий невозможно без завоевания временного превосходства (это понятие, кстати, вообще отсутствует в российском военном искусстве), которое может быть обеспечено лишь применением метода единой работы командиров и штабов по планированию и управлению боевыми действиями одновременно на всех уровнях — от тактического до стратегического.

Завершая обзор основных возможных изменений в отраслевой и территориальной структуре армии, необходимо высказаться по вопросу контроля нации и общества за состоянием боевой готовности и боеспособности Вооружённых Сил в будущем русском государстве. Так, в законодательном порядке должен быть установлен порядок ежегодных докладов главнокомандующих видами Вооружённых Сил и отдельными родами войск, командующих войсками военных округов, флотов (оперативно-стратегических командований) о состоянии боеготовности и боеспособности, вверенных им войск (сил) непосредственно перед высшими органами народного представительства — Верховным Советом, Всероссийским или Всесоюзным Земским собранием (в настоящее время — перед Федеральным Собранием). Указанные военачальники должны иметь личный прямой доступ к избранникам народа и иметь возможность в их присутствии сообщить действительное, по их мнению, положение дел на порученных им участках в области обороны и безопасности. По-видимому, подобные доклады должны делать руководители подобного ранга других силовых министерств и ведомств. Безопасность и защита Отечества — жизненно важные для страны функции власти, и нация должна знать истинное положение в них, включая и возможные иные мнения, отличные от оценки министра обороны и начальника Генерального штаба. Публичная трибуна, кроме того, даёт обществу возможность более подробно рассмотреть свою военную элиту, ознакомиться с её видением проблем безопасности и защиты Отечества, оценить высших военных руководителей, и составить приблизительное мнение об их личностных качествах.

IV.
Перспективы вооружённого сопротивления будущей России возможным агрессорам

Представляется, что Вооружённые Силы России (Союза Великой, Малой и Белой Руси) должны быть способны выполнить следующие основные военно-стратегические задачи:

1) нанести агрессору, как минимум, неприемлемый ущерб в ответном или ответно-встречном ракетно-ядерном ударе; 
2) завоевать и удерживать господство в воздухе над всей национальной территорией и в прилегающем воздушном пространстве; 
3) завоевать и удерживать господство в прибрежной морской зоне России, а впоследствии и в прилегающих зонах Мирового океана; 
4) завоевать и удерживать господство в радиоэлектронной сфере в зоне военных действий; 
5) создать в короткие сроки необходимую группировку сухопутных войск на любом стратегическом и операционном направлении (в отдельном стратегическом районе), способную нанести поражение и разгромить вторгшуюся группировку войск агрессора; 
6) дезорганизовать работу тыла противника и нарушить устойчивое функционирование основных систем обеспечения жизнедеятельности населения и войск противника специальными действиями на его территории.

     1. Выход США из договора по противоракетной обороне перечеркнул все сбалансированные договорённости в области применения и распространения ядерного оружия. Сейчас Россия свободна от всех ранее взятых на себя обязательств по развитию всей своей стратегической ядерной триады — наземных, воздушных и морских ядерных сил, а также развёртыванию тактических и оперативных средств доставки ядерного оружия.

Основным компонентом стратегической ядерной триады останутся РВСН. Здесь, наверное, уместно высказать предположение о необходимости сохранения существующих и разработки новых типов так называемых "тяжёлых ракет" шахтного базирования. Центр глобального военно-политического противоборства всё более будет смещаться в космос и сейчас даже трудно спрогнозировать все возможные последствия и их влияние на размещение баллистических ракет на территории страны с учётом новых задач. Демонтаж сотен шахтных установок, которые, по сути, являются мини-космодромами с высокообученным персоналом и всей необходимой инфраструктурой (на базе одной такой демонтированной шахты, переданной для дислокации спецназу в районе Ясной в Забайкалье, пришлось послужить некоторое время) будет означать, во-первых, бездумное и варварское уничтожение огромных материальных средств и вложенного труда и, во-вторых, и главное, может впоследствии потребовать их восстановления для решения тяжёлыми универсальными ракетами тех задач в космосе, которые сейчас ещё недостаточно обозначены и осознаны.

Однако главной силой сдерживания в нашей ядерной триаде (РВСН, морские и авиационные стратегические силы) являются и должны оставаться атомные подводные лодки стратегического назначения (РПЛСН) с межконтинентальными баллистическими ракетами (МБР). После преступной ликвидации железнодорожных мобильных комплексов МБР, имевших очень высокую степень неуязвимости в результате постоянного скрытого маневрирования, наши атомные подводные ракетоносцы остались, пожалуй, единственным компонентом триады, способным нанести ответный удар, если противник упредит нас в применении ядерного или высокоточного оружия по стратегическим ядерным силам. При своевременном рассредоточении сил Северного и Тихоокеанского флотов в многочисленных бухтах и заливах в прибрежной зоне наши атомные РПЛСН, обладающие в отличие от американских способностью к пуску МБР даже из надводного положения, вполне будут способны нанести агрессору неприемлемый ущерб, как из пунктов рассредоточенной стоянки, так и из охраняемых районов боевого предназначения. Если не погибнут до этого страшной и загадочной смертью по чьей-либо злой воле. Так что будем любить, молиться и надеяться на мастерство наших подводников, самых мужественных воинов из всех военных профессий. Пока они ещё живы и берегут нас…

Утрата Россией способности к нанесению США неприемлемого, а лучше непоправимого ущерба их территории и населению, в ответном или в ответно-встречном ударе по существу будет означать наше одностороннее ядерное разоружение перед возможным агрессором.

     2. Военно-стратегическая задача завоевания господства в воздухе предполагает создание такого соотношения сил и средств борьбы в воздушной сфере, которое бы, во-первых, исключало (пресекало) нанесение массированных авиационно-ракетных ударов (МАРУ) по войскам и другим важным объектам на национальной территории и, во-вторых, обеспечивало применение ударной авиации над территорией противника. Только такую обстановку в воздушном пространстве можно назвать господством. Господство в воздухе над национальной территорией есть только, в лучшем случае, "половина господства", так как пуски крылатых и других ракет класса "воздух — поверхность" будут осуществляться противником ещё над своей территорией и под прикрытием своей ПВО.

Однако при нынешнем состоянии российских ВВС, которое станет изначальным, стартовым для создания Русской авиации, придётся руководствоваться принципом, сформированным китайским военным философом Сунь-Цзы: "непобедимость заключена в тебе самом, победа же находится в противнике". Нам прежде нужно будет обеспечить собственную непобедимость, исключив, или существенно ограничив возможности нанесения массированных авиационно-ракетных ударов по нашей территории, а уже потом бросить основные силы оборонной промышленности на увеличение ударных возможностей ВВС. Поэтому приоритетное развитие ПВО страны и войск, особенно истребительной авиации, радиотехнических войск, восстановление боеготовности зенитно-ракетных частей не означает недооценку или принижение роли фронтовой, штурмовой или бомбардировочной авиации. Просто страна сейчас практически беззащитна перед воздушно-космическим нападением.

Что говорить об остальных русских землях, если теперь даже главный объект прикрытия ПВО — Москва и Центральный промышленный район России — остались без защиты от ударов с воздуха, поскольку прежняя система С-50 практически рухнула. Сроки приведения ракетно-зенитных полков С-300 этой системы в боевую готовность до полного использования боевых возможностей увеличилась с нескольких минут в советское время до нескольких суток (!), так как теперь требуют проведения мероприятий по их доукомплектованию до штатов военного времени. Кто и как успеет их доукомплектовать и провести боевое слаживание, если подлётное время авиации и стратегических крылатых ракет НАТО сейчас исчисляется десятками минут и будет ещё больше сокращаться? Уже сейчас к Москве могут прорваться 75 ракет из 100 (в советское время от 2 до 6 из 100), остальные российские города, а также электростанции, промышленные предприятия и другие важные объекты представляют полигонные мишени для авиации противника.

Ещё в годы второй мировой войны авиация за несколько суток разрушала до основания крупные города. Как показали события в Югославии, дважды в Ираке и в Афганистане, авиация США и их союзников в действительности могут сокрушить тыл противника и лишить население страны — жертвы агрессии электроэнергии, тепла, воды, нарушить работу транспорта и других важных систем жизнеобеспечения.

Современная авиация может всё или почти всё. Но только при условии, что ей это разрешит сделать система ПВО. Именно поэтому восстановление системы ПВО является задачей №1 в подготовке к военным действиям и первоочередной ближайшей задачей в завоевании господства в воздухе. А когда на вооружение зенитно-ракетных частей и истребительной авиации вернётся тактическое ядерное оружие, желающих полетать в русском небе и побомбить нас сразу поубавится.

"Русских нельзя и невозможно бомбить", — вот что должны усвоить наши вероятные противники и это есть главная цель подготовки ВВС к завоеванию господства в воздухе над территорией России и будущего Союза Великой, Малой и Белой Руси.

3. В современных условиях в основе любого значимого разговора о возможных направлениях и приоритетах развития русского флота лежит вопрос об авианосцах. По мнению автора этих строк, без полноценных авиационных кораблей, обладающих универсальным спектром боевого применения и обеспечивающих выполнение практически всех стратегических и оперативных задач, как в океанских, так и в прибрежных морских зонах, нам национальную задачу обеспечения безопасности и защиты Отечества от угроз и нападения с моря не решить. И хотя их проектирование, строительство и ввод в состав флота, возможно, займёт десять-двадцать и более лет, вся очерёдность и содержание работ по восстановлению и развитию флота должны строиться в рамках авианосной концепции будущего ВМФ. При этом создание на Дальнем Востоке судостроительного комплекса для авианосцев позволит сократить сроки обеспечения морской безопасности России.

Полная программа развития флота должна предусматривать создание 6-8 авианосных ударных соединений (АУС): два-три соединения в Атлантике, одно — в Средиземном море, одно — в Индийском океане и два-три соединения на Тихом океане. Как такая программа соотносится со взглядами на авианосцы других военно-морских держав? Не говоря о США, которые имеют двенадцать многоцелевых авианосцев, авианосные силы имеют Великобритания, Франция, Испания, Италия, Индия и Бразилия. Как говорится, "на подходе" Китай, Япония и ряд других стран. Россия омывается морями трёх океанов, но это наше географическое положение даёт нам не только преимущество прямого доступа в них; такую же возможность геостратегического доступа к нашей наземной территории получают и другие государства мира. Поэтому появление полноценных авианосных кораблей в составе русского флота — давно перезревшая проблема. Наличие у России шести-восьми авианосцев с атомной энергосиловой установкой, несколькими катапультами (возможно, в сочетании с трамплином) для оперативного подъёма в воздух около 50 самолётов (истребителей, бомбардировщиков, радиолокационной разведки, управления и т.д.) и другого необходимого вооружения позволит России адекватно реагировать на угрозы национальной безопасности с любого морского или океанского театра военных действий.

Во что нам обойдётся такая программа? При стоимости одного авианосца 2,5 — 3 млрд. долларов вся программа строительства авианосцев составит 15-20 миллиардов долларов. Конечно, потребуется создавать и соответствующую береговую инфраструктуру, что тоже потребует немалых средств. Кроме того, океанские авианосные ударные соединения требуют наличия, постоянной и устойчивой работы глобальной системы космической навигации, поддержки стратегической дальней авиацией, высокоорганизованного оперативного, тылового и других видов обеспечения в любой точке Мирового океана.

Когда околовоенная либеральная шобла слышит что-то о русских авианосцах, она обычно начинает пучить глаза и вопить об огромной стоимости проектов. Справка для ответа: только за прошедший месяц (июль 2006 года) валютные резервы России увеличились на 15 миллиардов долларов. Таким образом, Россия ежемесячно (!) кладёт в американские банки сумму равную стоимости всей своей морской авианосной программы. Так что дело не в деньгах, а в тех правящих мерзавцах, которые сейчас отправляют деньги за океан, в водах которого их финансовыми усилиями поддерживается американское военное превосходство.

В конечном итоге "дело об авианосцах" — есть дело обеспечения морской безопасности России. Можно спросить, почему нужны именно авианосцы, разве нет других кораблей и других средств вооруженной борьбы на море, чтобы обеспечить нашим морякам достойные возможности по борьбе с кораблями и подводными лодками противника? На море, как и на суше, и в воздухе, почти всегда побеждает тот, кто способен первым, то есть, раньше и на большей дальности, открыть огонь на поражение. Поэтому боевые действия на море всегда, последовательно и неуклонно шли к увеличению дальности огневого боя. Вначале это увеличение достигалось увеличением калибров корабельных артиллерийских орудий и шло до тех пор, пока возможности артиллерии по дальности огня не были почти окончательно исчерпаны. Тогда, уже в Первую мировую войну появились авианосцы. Отсутствие морского ракетного оружия в годы Второй мировой войны сделало авианосцы главной ударной силой в войне на море в Тихом океане. Появление противокорабельных ракет, в том числе большой дальности, увеличило огневые возможности неавианосных корабельных группировок, но по радиусу боевого применения они всё равно не могут сравниться с палубной авиацией. Поэтому даже мощное корабельное соединение или оперативная эскадра, не имеющие истребительного авиационного прикрытия, заведомо обрекают себя на неизбежное поражение их авиаударами противника. Одними корабельными средствами ПВО здесь не обойтись: ведь даже эффективная ПВО — это только оборона; наступательных ударных авиационных возможностей у неавианосной корабельной группировки нет. В этих условиях авианосные ударные соединения противника, находясь на удалении, недосягаемом для ракетно-артиллерийского огня и обладая абсолютным господством в воздухе, будут методично перемалывать с перерывами на завтрак, ланч, обед и ужин неавианосные российские корабельные соединения.

В 1982 году после завершения работы и рекомендации государственной комиссии под руководством заместителя начальника Генерального штаба тогда ещё генерала армии С.Ф. Ахромеева, убитого в 1991 году, была принята программа строительства советских "классических" многоцелевых авианосцев с 45-50 самолётами на борту типа МиГ — 29, и Су — 27. К 1990 году в боевом составе ВМФ СССР было 4 тяжёлых авианесущих корабля (ТАВКР) постройки 1970-80 гг. и ещё три авианосца находились в различных стадиях строительства. При этом авианосцы "Варяг" и "Ульяновск" (с атомной энергетической установкой) находились на достаточно высокой степени готовности. Сейчас от 7 советских авианосцев почти ничего не осталось. Половина продана за гроши в другие страны ("Варяг" — в Китай), другие разрезаны на металлолом. Наш единственный оставшийся в полуживых ТАВКР "Адмирал Кузнецов" может быть отнесён к классу лёгких авианосцев и не обладает достаточными боевыми возможностями для борьбы с авианосной авиацией противника. Насущная необходимость принятия и осуществления программы строительства многоцелевых и ударных авианосцев очевидна. Полноценные авианосцы за счёт соответствующих типов летательных аппаратов резко повышают возможности радиолокационной и других видов воздушной разведки в интересах всего корабельного соединения, ядром которого они являются.

Теперь, когда мы в общем виде представили необходимое нам будущее Русского Военно-Морского флота в целом, можно приступить к обсуждению ближайшей приоритетной задачи. Представляется, что её можно сформулировать так: завоевывать и удерживать господство в прибрежной морской зоне России и не допустить (пресечь) нанесение по национальной территории массированных авиационно-ракетных ударов с моря.

Почему господство на море связано с 700-1000 километровой прибрежной зоной? Во-первых, это наиболее вероятный рубеж пуска крылатых ракет воздушного и морского базирования. Во-вторых, по той же причине, по которой нам нужны авианосцы — необходимостью господства в воздухе над нашими корабельными соединениями. Такое господство пока возможно только в результате боевого применения морской и другой авиации берегового базирования, радиус, подлётное время и ресурс которой ограничен. Оптимальный состав родов сил, корабельных группировок, морской авиации и морской пехоты, береговых частей на каждом флоте, конечно, различен и определяется особенностями и конкретными условиями того или иного ТВД. 
Так, на Балтике Россия по итогам Второй мировой войны по провиденциальной мудрости И.В.Сталина получила Калининградскую область — наш "непотопляемый авианосец" на Центральноевропейском театре военных действий. Восстановление и приоритетное развитие морской авиации, ВМФ, истребительной и ударной авиации ВВС, дислоцирующихся на территории нашего полуанклава, способны "закрыть" проблему обеспечения безопасности и защиты национальной территории с моря на этом стратегическом направлении.

Опережающее восстановление и развитие морской авиации, скорее всего, целесообразно и на Северном, и на Тихоокеанском флоте, в особенности на Камчатке и Курилах. Особенностью приоритетов Черноморского флота может стать, наряду с морской авиацией, наращивание десантных возможностей морской пехоты, в том числе по воздуху с моря. Это потребует строительства больших авиадесантных кораблей, обладающих воздушно-штурмовыми (аэромобильными) и огневыми возможностями, путём совместного базирования (размещения) на корабле аэромобильного десанта морской пехоты и средств его доставки и огневой поддержки — транспортных и штурмовых вертолётов.

Приоритетным также представляется направление развития подводно-диверсионных сил. Подобно тому, как на суше одна из сторон, имея перед собой значительно превосходящего противника, переходит к партизанско-диверсионным действиям, так и на море боевое применение подводно-диверсионных сил может существенно затруднить противнику использование его военно-технического преимущества. Кроме того, морской спецназ может решать целый ряд других важных оперативных задач.

Усвоив это, американцы пошли на переоборудование двух своих стратегических атомных подводных лодок с МБР (межконтинентальными баллистическими ракетами) на вооружение их крылатыми ракетами и размещение на борту личного состава Сил специальных операций.

Не отвергая это направление, следует заметить, что в СССР были сконструированы и введены в состав ВМФ сверхмалые подводные лодки (СМПЛ) типа "Пиранья" и "Тритон", так называемые "убийцы авианосцев", специально предназначенные для разведывательно-диверсионных действий. Обладая практически бесшумным ходом и не имея, благодаря уникальной технологии, магнитного поля, СМПЛ имели на борту специальное минно-торпедное и другое вооружение, группу военно-морского спецназа (кроме экипажа) и могли действовать на удалении до 1000 миль.

Такой радиус боевого применения и автономность около 10 суток, позволяли советским подлодкам успешно выполнять любую разведывательно-диверсионную задачу в Баренцевом, Гренландском и Норвежском морях на западе, в Аравийском море на юге, в Беринговом, Охотском и Японском морях и в других районах Тихого океана на востоке. Будучи доставлены к западному и восточному побережью США или, особенно в район Карибского моря, советские диверсионные СМПЛ были способны существенно затруднить судоходство и даже сорвать стратегические танкерные перевозки нефти. Наверное, именно поэтому эти уникальные подводные лодки, равных которым не имела ни одна страна в мире, были уничтожены в самую первую очередь "реформирования" Вооружённых Сил. Насколько можно понять из открытых источников, расформировано и Разведывательное управление ВМФ с соответствующей структурой управления военно-морским спецназом. Не смогли, сволочи, обнаружить и нейтрализовать наш морской подводный спецназ из Вашингтона, зато смогли уничтожить из Москвы…

Запомним.

     4. Кроме четырёх видимых физических сред, в которых ведётся вооружённая борьба (суша, море, воздух и космос), с начала XX века появилась и всё более расширяется и пятая, невидимая, — радиоэлектронная. В военной литературе пока не принято выводить этот природный невидимый мир в отдельную сферу вооружённой борьбы, полагая, что физическими носителями средств радиоэлектронной борьбы (РЭБ) являются самолёты, наземные станции и корабли, применяемые в традиционных сферах военных действий. Думается, что время такого подхода к оценке этой сферы заканчивается. Тенденции в изменении роли и места РЭБ в современных войнах и вооружённых конфликтах, в операциях и других формах применения войск и сил, говорят о стремительном увеличении значения этой составной части в содержании военных действий. Чем это вызвано?

Во-первых, практически весь процесс приёма и передачи информации по управлению войсками и оружием перешёл в радиоэлектронную сферу: управление стало радиоэлектронным. Соответственно, систематическое и целенаправленное нарушение радиоэлектронной обстановки в сетях управления противника по сути будет означать дезорганизацию всего управления.

Кроме того, отдельные субъекты и объекты физически вещественного поля боя превращаются в единое информационное боевое пространство, в котором неразрывная целостность процесса обнаружения, целеуказания и поражения цели становится важнейшим условием и фактором победы. Взятые сами по себе тактико-технические характеристики (ТТХ) того или иного образца вооружения, военной и специальной техники (ВВСТ) — самолёта, вертолёта, корабля, ракеты, танка, артиллерийского орудия и т.д. перестают играть роль самодостаточного показателя их боевых возможностей. Средства разведки, связи, целеуказания, поражения всё более теряют свою автономную самодостаточность. Взятые отдельно от боевой системы традиционные тактико-технические характеристики отдельных образцов вооружения, военной и специальной техники всё больше отражают их именно технические характеристики, а не тактические, то есть, боевые возможности. Только в единой боевой системе технические возможности, заложенные в образце вооружения, военной и специальной техники, могут быть в достаточной мере реализованы в боевые. Но чем насыщеннее и сложнее боевая система, тем в большей степени её общая боевая эффективность будет определяться эффективностью её системы управления, которая существует в радиоэлектронной сфере. Таким образом, радиоэлектронное подавление соответствующих средств в системах управления войсками и оружием противника становится основным содержанием и новой оперативной и стратегической задачей в современных операциях.

Во-вторых, повышение значения РЭБ вызвано появлением новых, более мощных образцов электромагнитного и других видов электронного оружия. В дополнение к уже традиционно применяемым с 1960-х годов ракетам класса "воздух РАС", а позднее и другим образцам самонаводящегося на радиоэлектронное излучение авиационного и ракетно-артиллерийского оружия, в 1999 году в Югославии американцами были применены так называемые V-бомбы, поражающие радиоэлектронные объекты сверхмощным радиоэлектронным импульсом. США и его иудейским союзником на Ближнем Востоке торопливо завершаются работы по разработке и принятию на вооружение наземного лазерного комплекса по программе THEL (тактический высокоэнергетический лазер), предназначенного для уничтожения неуправляемых ракетных снарядов (НУРС) среднего и дальнего радиусов действия. Значительный успех ответных ракетных ударов "Хезболлы" по еврейским объектам на севере иудейского государства заставит агрессоров ещё более форсировать работы на этом направлении. Огромные перспективы открываются перед применением лазерного оружия в космосе.

Усиление наступательной составляющей РЭБ в виде радиоэлектронного подавления и поражения средствами РЭБ радиоэлектронных объектов противника предполагает необходимость защиты от подобных же действий противника и вызывает увеличение значения радиоэлектронной защиты своих войск и сил. При этом проблемы, связанные с противодействием техническим средствам разведки противника, и в мирное, и в военное время должны решаться одними и теми же структурами. Передача ответственности с началом военных действий представляется не допустимой. В отличие от всех других видов обеспечения, кроме защиты от ОМП, в Вооружённых Силах нет должностных лиц, чьи служебные функции заключались бы в организации оперативной маскировки (нет "начальника маскировки"), поэтому каждая военная структура должна решать вопросы противодействия техническим средствам разведки в своей области под общим руководством начальника штаба или другого органа военного управления.

Таким образом, радиоэлектронная борьба приобретает всё более важную роль в содержании военных действий. Роль и место сил и средств РЭБ сейчас можно сравнить с ролью и местом танков накануне и в ходе Второй мировой войны. Понимание радиоэлектронной борьбы лишь как одного из видов боевого оперативного и стратегического обеспечения представляется опасным анахронизмом. Недооценка значения РЭБ в форме отказа включить радиоэлектронную борьбу в основное содержание военных действий в качестве важной составной части, а не вида обеспечения, неизбежно приведёт к таким же катастрофическим последствиям, как ранее непонимание необходимости построения противотанковой обороны: последствия радиоэлектронных прорывов и радиоэлектронного поражения будут не менее, если не более ужасны. И вот в этих условиях, когда в содержании возможных военных действий России против информационно и технически превосходящего противника, каким является США и НАТО, радиоэлектронная борьба приобретает решающее, может быть, победоносное значение, министерством обороны совсем недавно внезапно принимается решение о внеплановом расформировании Воронежского военного института радиоэлектронной борьбы, готовившего специалистов РЭБ и являвшегося важным научным центром в этой области. Знают, знают, за океаном, куда надо бить, и бьют безжалостно, пользуясь продажностью нынешней военной верхушки. И спешат к какому-то известному им сроку. Надо бы и нам поторопиться и успеть…

В целом возрастание роли и места радиоэлектронной борьбы в современных войнах и вооружённых конфликтах позволяет утверждать о необходимости преобразования нынешней Службы РЭБ в войска РЭБ, и появления соответствующего рода войск (сил) во всех видах Вооружённых Сил, а также придания будущему управлению Начальника войск РЭБ некоторых функций оперативного управления. Аналогом здесь может послужить система административного и оперативного управления войск (сил) ПВО. В дальнейшем по мере развёртывания и усиления группировок войск (сил) РЭБ на суше, на море, в воздухе и в космосе, появления новых средств радиоэлектронной борьбы, видимо, нужно будет рассматривать вопрос о придании войскам РЭБ статуса отдельного рода войск Вооружённых Сил.

V.
Возможные военные угрозы на театрах военных действий

Приоритеты в создании и совершенствовании группировок Сухопутных Войск в значительной степени зависят от характера сухопутных (наземных) военных угроз на том или ином театре военных действий и поэтому будут различаться.

Так, угроза сухопутного вторжения противника на западном направлении представляется ничтожно малой. Точнее, маловероятны крупномасштабные, стратегические действия сухопутных группировок ВС РФ по отражению вторжения. Их не будет по двум причинам, поскольку бронетанковые и мотопехотные колонны США и НАТО могут войти на территорию России также лишь в двух вариантах.

Во-первых, "по приглашению российского Президента и правительства для оказания интернациональной помощи в деле защиты демократии". В этом случае российская армия получит приказ от своего главковерха встречать захватчиков, как друзей и союзников, что нынешний продажный генералитет, безусловно, сделает, охотно или неохотно. И чтоб чего гадкого ни говорили про генералов, но солдат без генерала воевать не может. Армия — чрезвычайно жёсткая иерархическая структура, внутри которой самодеятельности быть не может по определению. Она либо воюет, либо разбегается по домам. Мелкие очаги сопротивления отдельных частей и подразделений будут подавлены авиацией НАТО. Поэтому американские, английские и польские танки войдут в Москву, как США вошли в Багдад, дав для острастки пару победных залпов по "культовым сооружениям русских нацистов" на Бородинском поле и бывшим рубежам обороны Москвы героями — панфиловцами. В этом варианте ход и исход сухопутных сражений на первом этапе будет решаться в Кремле. А потом — третья Отечественная война, где решающую роль будут играть партизанские и диверсионные действия.

Во-вторых, в случае развязывания войны против новой, русской России, Русского Союза, что само по себе уже маловероятно при наличии у нас достаточных ядерных сил, США и НАТО не решатся на крупномасштабное сухопутное вторжение, предварительно не приведя российские группировки сухопутных войск в небоеготовое состояние проведением воздушной кампании с нанесением массированных авиационно-ракетных ударов. Российские мотострелковые, танковые, артиллерийские и другие соединения и части сухопутных войск будут вынуждены максимально рассредоточиться, закопаться в землю и ждать окончания систематических воздушных налётов. А последние не прекратятся, пока все более или менее заметные с воздуха сосредоточения войск не будут уничтожены авиацией. В этом варианте исход возможных собственно сухопутных боёв и сражений, будет, в основном, определяться степенью готовности сухопутных группировок Русской Армии к своевременному и заблаговременному рассредоточению и ведению боевых действий в составе небольших автономных тактических боевых групп батальонного, ротного и взводного состава, в полковой и дивизионной зонах территориальной обороны, в тесном взаимодействии с партизанско-диверсионными формированиями, и под прикрытием и при поддержке рассредоточенной армейской авиации. Поэтому приоритеты в создании группировок и подготовке сухопутных объединений, соединений и частей на западе должны в своей основе иметь цели и задачи территориальной обороны. Исход же войны или вооружённого конфликта в целом, как уже отмечалось ранее, определится нашей способностью завоевать и удерживать господство в воздухе над национальной территорией и в ближайшем зарубежном воздушном пространстве. В таких условиях воздушной обстановки группировки сухопутных войск Русской Армии получат возможность к нанесению классических контрударов и ведению других контрнаступательных действий.

Таким образом, до завоевания господства в воздухе парадигма военных действий на суше на Западном театре военных действий в пределах национальной территории должна быть основана на концепции территориальной обороны.

На центрально-азиатском направлении военные действия Русской Армии на суше, скорее всего, будут иметь характер противопартизанских, противоповстанченских и других специальных действий. Огромный опыт таких действий накоплен нами в Афганистане, Анголе, Таджикистане, Чечне, в других зонах вооружённых конфликтов подобного типа. Этот бесценный опыт должен быть переведён на язык уставных документов и освоен объединениями, соединениями и частями, оперативно предназначенными для данного театра военных действий. Здесь надо обязательно указать на важную, если не решающую роль армейской авиации при подготовке и ведении противопартизанских, противоповстанческих, противодиверсионных, контртеррористических и других специальных действий. Бездорожье, огромные степные и пустынные районы, горы и другие недоступные или труднодоступные для наземной боевой техники обширные участки местности делают армейскую авиацию буквально незаменимой. Поэтому без мощной группировки армейской авиации, имеющей на вооружении достаточное количество современных транспортных, транспортно-боевых и штурмовых вертолётов никакие оперативные и боевые задачи на земле успешно выполнены в этом регионе быть не могут. Значительный объём задач в интересах сухопутных войск здесь может быть решён беспилотными разведывательными и боевыми самолетными и вертолётными системами. Именно на этом театре военных действий наибольшую эффективность может показать специальный транспортно-штурмовой самолёт, сочетающий в себе боевые возможности пушечно-гаубичного (!) вооружения по уничтожению наземных целей и возможности многочасового нахождения в воздухе транспортного самолёта (аналог американского АС — 130 "Ганшип"). Кроме того, в нейтрализации сухопутных военных угроз на Центральноазиатском театре военных действий в границах национальной территории важную роль будут играть воссозданные казачьи соединения и части Астраханского, Уральского, Оренбургского, Сибирского и Семиреченского Казачьего Войска, действующие в тесном взаимодействии с регулярной Русской Армией.

На дальневосточном направлении угроза вторжения многочисленной китайской сухопутной группировки, если она возникнет, требует не создания аналогичной и многочисленной сухопутной группировки Русской Армии, а своевременного и умелого перехода к применению тактического ядерного оружия на самой ранней стадии ликвидации агрессии. Авиационные, ракетные, артиллерийские и другие ядерные боеприпасы малой и сверхмалой мощности должны применяться немедленно, по вторым эшелонам и резервам в тактической и оперативной глубине противника на сопредельной территории, чтобы не пришлось потом эти же объекты уничтожать на своей земле. Право и возможность применять тактическое ядерное оружие в случае угрозы прорыва крупных масс пехоты и танков вглубь российской территории должно быть законодательно передано командующему войсками военного округа (оперативно-стратегического командования). Командующий войсками округа (ОСК) должен твёрдо знать и помнить, что он несёт личную ответственность за защиту Отечества на своём участке, за жизни русских солдат и офицеров, за обеспечение безопасности и жизни населения края, а не за экологию на сопредельной территории. Лучше всего этическую норму в отношении противника высказал великий русский флотоводец, адмирал и святой Ф.Ф.Ушаков: "Врагов не считают — их бьют!". Неважно, сколько врагов нужно уничтожить; важно, чтобы свои солдаты и офицеры остались живы, а задача была бы выполнена. 
Тактика и оперативное искусство в области подготовки и ведения боевых действий с применением тактического ядерного оружия, в том числе в условиях горно-таёжной местности, давно разработаны. Надо вернуться, освоить, и быть готовыми их применять в случае агрессии. Кроме того, необходимо принимать чрезвычайные меры по ликвидации катастрофического положения, которое сложилось на Дальнем Востоке в области подготовки и ведения морских десантных и противодесантных операций.

Для ликвидации угроз с моря, в приграничных или внутренних вооружённых конфликтах на дальневосточном театре военных действий наряду с Забайкальским и Амурским казачьими войсками необходимо иметь сильную группировку десантно-штурмовых сил и средств, включающую несколько отдельных десантно-штурмовых бригад и батальонов отдельных десантно-штурмовых бригад с необходимым количеством полков армейской авиации (транспортных, транспортно-боевых и штурмовых вертолётов), способную выполнять задачи оперативного аэромобильного резерва командующего войсками округа (ОСК) и перекрывающей районами оперативного предназначения отдельных десантно-штурмовых бригад и батальонов все наиболее важные стратегические и оперативные направления или стратегические районы (Чукотка, Камчатка, Курилы).

Таким образом, в целом приоритеты в создании сухопутных группировок и подготовке войск на различных театрах военных действий будут складываться из различного сочетания трёх основных составляющих: территориальной обороны регулярных и казачьих соединений и частей Русской Армии; противопартизанских, противоповстанческих и других специальных действий и классических оборонительных действий группировок войск с возможным применением тактического ядерного оружия при повсеместном возрастании роли армейской авиации.

VI.
Условия боеготовности будущей Русской Армии

      1. После продолжительной дискуссии о том, какой должна быть российская армия, наёмно-контрактной или призывной, военно-политическим руководством страны принято решение, включающее в себя недостатки сразу обоих вариантов. Ту армию, которую Президент и его министр обороны собираются иметь с 2008 года, можно назвать никакой.

На первую наёмно-контрактную армию просто нет сил и средств. Неудача с набором солдат и сержантов по контракту и попытками сформировать из них подразделения и части, полностью укомплектованные контрактниками, стала очевидной. Из-за низкого жалованья, плохих бытовых условий, невозможности создания и содержания семьи в условиях всеобщего военного бесквартирья разбегается половина набранных по контракту.

Да и оставшихся только крайняя нужда или неспособность к другому профессиональному труду удерживает в армии. Кроме того, оказалось, что огромные деньги требуются не только на выплату, даже скудного, в три-четыре тысячи рублей денежного довольствия, но и на строительство квартир. Ведь получается, что контрактнику требуется два жилья: казарма и квартира для семьи. А в целом расходы на контрактную армию в 10 раз выше расходов на армию по призыву. Такая более-менее развёрнутая армия не оказалась по карману даже США, которые для войны в Ираке стали призывать резервистов морской пехоты, чего они не делали со времён войны во Вьетнаме в 1960-70 гг. А ведь в Ираке действует только 130 тысячная группировка американских войск, плюс около 40 тысяч частных вооружённых наёмников-охранников, на которых негласно возлагается выполнение наиболее "грязных" специальных задач: и ручки, вроде, чистые, и потери официально к вооружённым силам отношения не имеют. Частично поэтому, увидев ограниченные возможности наёмной армии даже в локальной войне, голоса сторонников "компактной профессиональной армии" несколько поутихли. Не для нас эта армия с русскими границами в 60 000 километров и с одной шестой частью всей земной суши: ни по деньгам, ни по духу, ни по возможностям.

Кроме того, переход в 2008 году на годичный срок службы в армии по призыву означает, что такая российская армия будет ВСЕГДА НЕБОЕГОТОВА. Количественные показатели боевой готовности являются общепризнанными и в принципе, одинаковы во всём мире. Так, если воинские подразделения, части и соединения (роты, батальоны, полки, бригады, дивизии) укомплектованы обученным личным составом и исправным вооружением, техникой и имуществом на 100-70%, они имеют категорию "боеготовы"; если на 70-50% — "ограниченно боеготовы"; если на 50% и менее — "небоеготовы".

Переход на годичный срок службы с двумя призывами будет означать, что вся армия солдат и сержантов будет состоять всего из двух периодов-призывов: военнослужащих прослуживших полгода и солдат-новобранцев, только что призванных. Даже если посчитать полгода обучения минимально достаточным для овладения соответствующей воинской учётной специальностью, а это далеко не так, то всё равно не менее 50% личного состава будет не способно самостоятельно выполнять боевую задачу, а тем более слаженно действовать в составе экипажа, расчёта, отделения, взвода роты и так далее.

А теперь вспомним, какие главные функции возлагаются на кадровую армию мирного времени: 1) в немедленном вступлении в бой, сражение и в создании благоприятных условий для стратегического развёртывания; 2) для подготовки военно-обученного резерва.

Таким образом, необходимость исполнения первой функции армией мирного времени требует, чтобы минимально доступный срок службы по призыву в интересах поддержания боеготовности составлял не менее 1,5 лет. В этом случае в армии обеспечивается состояние "ограничено боеготова" (66,6%), что с учётом укомплектованности офицерами и прапорщиками может приблизить воинские подразделения, части и соединения к нижнему пределу боевой готовности. Советская Армия при двухлетнем сроке службы с четырьмя призывами твёрдо имела степень "боеготова" (75%) по солдатам и сержантам и выше с учётом офицеров и прапорщиков. Безусловно, это был оптимальный вариант. Расчёт срока службы исходя только из времени, необходимого для освоения той или иной воинской учётной специальности и зачисления в резерв, является преднамеренным обманом народа и общества. Нынешнее военно-политическое руководство страны, пытаясь завоевать симпатии избирателей сокращением срока службы, фактически лишает армию боеготовности и возможности защитить свою страну в случае нападения. Такое решение — есть акт государственной измены и предательства.

Каким должны быть призывной возраст и сроки службы по призыву в будущей Русской Армии? Призыв в армию должен производиться в возрасте 20-21 года, то есть, после овладения основами какой-либо профессии, после окончания техникума, или после получения неполного высшего образования (после 3-х курсов института или университета). В армию должен приходить не сосунок, только что оторванный от маминой кухни и других мест кормления, а хотя бы начально сформировавшийся юноша, молодой мужчина, уже получивший опыт совместной социально-трудовой деятельности в коллективе. В рабочем цеху, в крестьянской артели, в студенческой среде человек, вступающий в жизнь, должен начинать свой трудовой путь по жизни и осознавать иерархическую структуру человеческого общества, рано бросать его, социально-психологического несмышлёныша, в жёсткий мир военной службы. Период взросления и подготовки к общественно-трудовой деятельности у современного человека увеличился, это надо признать и внести предлагаемые изменения в призывной возраст. В качестве возражения обычно указывают, что призывом в 20-21 год прерывается непрерывный процесс совершенствования трудовой квалификации и семейная жизнь молодых людей, уже вступивших в брак. От ранних браков никуда не деться, но может быть именно неизбежность предстоящей полутора-двух летней разлуки позволит молодым людям более ответственно относиться к женитьбе. В отношении же рабочих и крестьянских профессий, вспомогательных профессий служащих армейский разрыв в совершенствовании умений и навыков никакого существенного значения не имеет, скорее наоборот. Такой разрыв был бы нецелесообразен в процессе образования, но техникум к моменту призыва будет уже закончен, а год (для нерадивых — полтора года) службы солдатам с неполным высшим образованием, по опыту солдат-студентов в Советской Армии, пойдёт только на пользу.

Минимальный срок службы должен составлять полтора года с обязательным условием освоить за этот период свою воинскую специальность до уровня 1 класса. Если за полтора года не смог — служи и учись еще три месяца, опять не смог — ещё три; и так до двух лет. Испытания по сдаче на классную квалификацию должны производиться каждые три месяца: один раз в середине периода обучения и один раз в конце зимнего и летнего периодов обучения. Таким образом, в новой Русской Армии служить надо будет не только по времени — от призыва и "до дембеля", а и по результату воинского труда — от необученного новобранца до специалиста 1 класса по своей воинской учётной специальности. Такой порядок службы снимет основную часть проблем с поддержанием воинской дисциплины и позволит сержантам и офицерам, особенно ротного звена, требовать со своих подчинённых реальных достижений в военном деле. Для "доводки" военнослужащих срочной службы после полутора лет в штате каждой воинской части должно быть специальное запасное подразделение (запасная рота, батарея), в которую через полтора года переводятся для дополнительного обучения нерадивые военнослужащие, находящиеся там под особым контролем командиров и военной прокуратуры. В обычных боевых (строевых) подразделениях таких военнослужащих быть не должно.

Здесь нужно сказать ещё о двух насущных проблемах призыва и подготовки обученного резерва в повседневной жизни армии. С одной стороны, не секрет, что в армию сейчас поступает лишь 10% юношей призывного возраста. Остальные непригодны к службе в армии в мирное время по состоянию здоровья — около 30% или ограниченно здоровы — около 60%, и таким образом выпадают из системы подготовки военнообученного резерва. Кроме того, в здоровом мужском (а в деревне и в женском) понимании такие люди, не служившие в армии, являются ущербными, и в нормальных государствах не допускаются к должностям на государственной службе. С другой стороны, секретом полишинеля является значительный и постоянный отрыв личного состава строевых подразделений от боевой подготовки для несения караульной службы по охране различных объектов, для выполнения неизбежных хозяйственных работ в столовой, уборке территории военного городка и прилегающей местности, текущего ремонта зданий и сооружений, строительства и ремонта стрельбища, различных городков по предметам боевой подготовки, и других учебных объектов. Выполнение таких работ не нуждается в тех высших требованиях к здоровью, которые необходимы военнослужащим при действиях на штатном вооружении в боевых подразделениях.

Решение этих двух проблем возможно созданием в Вооружённых Силах специального рода войск (службы) — Вспомогательной службы, предназначенной для охраны и обороны военных объектов, выполнения хозяйственных и других вспомогательных работ. Если бабушка с ружьём, не говоря о дедушке, способна охранять склад, то почему это не может делать молодой человек, имеющий незначительные отклонения в своём здоровье?! Ну, а уж чистить картошку на кухне, красить забор или подметать территорию способен любой человек, кроме инвалидов.

Такие приданные вспомогательные подразделения должны быть при каждой воинской части, не являясь её штатным структурным подразделением, также в каждом гарнизоне и подчиняться своему начальнику (командиру). Учебно-боевая подготовка во вспомогательных подразделениях должна соответствовать воинским учётным специальностям в обслуживаемой части и готовить соответствующих специалистов на военное время. Срок службы во вспомогательных подразделениях должен быть дольше службы в боевых частях и составлять два-два с половиной года. А если эти люди чем-то больны и поэтому ограниченно годны к службе, то их заболевания должны наблюдаться и хорошо лечиться, а может и совсем вылечиваться. Ведь многие ограниченно годные у себя в деревне не могут воспользоваться услугами нужных медицинских специалистов и поэтому навсегда становятся "ограниченно годными".

Денежное довольствие военнослужащих срочной службы должно быть достойным и являться действенным стимулом к добросовестной службе и повышению классной квалификации, а также служить одним из способов поощрения и наказания. Должностной оклад должен состоять из двух частей: оплаты за звание согласно должности (оплату по должности ввести чрезвычайно трудно в виду огромного количества воинских учётных специальностей и должностей) и оплаты за классную квалификацию, градацию которой надо расширить.

Так, в нынешних ценах ежемесячный оклад по званию солдат и сержантов срочной службы должен составлять: рядовой — 500 рублей, ефрейтор — 600, младший сержант — 1000, сержант 1250, старший сержант — 1500, старшина (это звание нужно восстановить с традиционными для России знаками различия) — 2000 рублей. Ежемесячную оплату за классность можно установить: за 3 класс — 500 рублей, за 2 класс — 750 рублей, за 1 класс — 1000, за мастера 1250, за мастера 1 класса (ввести дополнительно) — 1500 рублей. Оплата за классную квалификацию офицеров должна быть выше в 10 раз по сравнению с солдатами и сержантами, и в 5 раз по сравнению с прапорщиками. При этом выплату ежемесячного денежного довольствия военнослужащим срочной службы необходимо разделить на две части: текущую и накопительную в соотношении 50\50. Текущую часть военнослужащий получает наличными, а накопительная часть сосредоточивается на соответствующей карточке, обналичивание которой осуществляется в военкомате после демобилизации. Кроме того, каждый военнослужащий по увольнении из рядов армии должен получать выходное пособие в размере десяти окладов последнего месячного содержания. В дисциплинарную практику должны быть введены денежные штрафы за нарушения воинской дисциплины и в порядке возмещения нанесённого материального ущерба. Контрактника на три тысячи рублей, конечно, не найти. Да, и искать не надо. Надо платить нормальные деньги сержанту или старшине — классному специалисту и заинтересовать материально остальных военнослужащих срочной службы. Одновременно надо дать право командирам от роты и выше налагать денежные штрафы на подчинённых солдат и сержантов за дисциплинарные проступки, безусловно, с оформлением соответствующим приказом по полку.

Представляется, что предполагаемая система позволит совместить в новой Русской Армии как достоинства достаточно оплачиваемой профессиональной армии, так и преимущества армии по призыву.

     2. Важнейшим приоритетным направлением в строительстве новой Русской Армии должно стать резкое улучшение повседневных условий содержания и других бытовых условий личного состава срочной службы. 
Мы часто с уважением и восхищением говорим о том или ином старинном здании — "это еще царские солдатские казармы". И это сейчас, спустя 200, а то и 300 лет! Какое же благоговение перед армией и своим новым солдатским домом-казармой испытывал в то время обычный русский крестьянин — основная призывная масса тех времён — пришедший в императорскую армию из отцовской избы. Вместо сермяги он получал красивый кафтан, сапоги вместо лаптей, регулярное питание с хорошей порцией мяса. Солдат Русской Армии попадал в совершенно иной повседневный мир, который по своим бытовым условиям был неизмеримо выше его прежнего. 
И что испытывает сейчас обычный городской российский юноша, нынешний основной призывной контингент, покинув тёплую (правда уже не всегда) и уютную домашнюю квартиру с душем и горячей водой, удобную кровать с чистым и опрятным постельным бельём, и регулярно по мере необходимости сменяемым нательным бельём и носками, попав в сегодняшние армейские или флотские бытовые условия? А попадает он в условия, которые несопоставимо ниже его прежних бытовых условий — в полуголод, в полугрязь и полухолод: он хуже ест, хуже спит, хуже одевается и не может помыться, когда вспотел или запачкался, даже в конце дня перед сном.

Кто-то сказал: "Солдаты — это дети нации". Наши дети-солдаты должны перестать попрошайничать на улицах. Прежде всего, солдат нужно прекратить морить голодом, или держать их в состоянии полуголода. Знаменитое изречение генералиссимуса А.В.Суворова "держи живот в полуголоде" — было требованием не допускать объедения и обжорства, которыми тогда часто грешило дворянство. Солдат же должен быть всегда сыт. Поэтому питание в армии для 20-22-летнего ещё растущего и развивающегося молодого мужчины, испытывающего постоянные физические нагрузки, должно быть пятиразовым. Кроме традиционного завтрака, обеда и ужина, дополнительно нормами довольствия и распорядком дня должны быть предусмотрены полдник (второй завтрак) после 4 часов занятий (бутерброды, творог, сметана, фрукты, варенье, какао) и лёгкий ужин перед сном (молоко, кефир или ряженка с порцией кондитерских изделий) прямо в расположении роты, батареи. За образец можно взять организацию питания в суворовских училищах в 60-е годы (может, в другие годы было по-другому, но 7 лет с 1959-го по 1977 год в Дальневосточном СВУ нас кормили отменно). В рацион военнослужащих срочной службы должно быть введено дополнительное количество мяса, рыбы, свежих овощей и фруктов, молочных и других, исключительно натуральных, продуктов, полностью обеспечивающих молодой мужской организм всем необходимым для роста и развития. Наряду с абсолютным запретом на курение в армии, полноценное питание и строгий распорядок дня должны превратить армейский период жизни мужчины в школу здорового образа жизни и физического совершенствования.

Каждый солдат или матрос, вернувшись домой и женившись, должен иметь право сказать своей молодой жене: "Кормить меня так, как кормили в армии!" Воспоминания же об армейском или флотском столе моряков, особенно подводников и морской пехоты, десантников и спецназовцев должны ассоциироваться с хорошим ресторанным разнообразием и вкусом. В конце концов, из Русской Армии нужно убрать это унизительное деление на отдельную еду для солдат и офицеров, на солдатский и офицерский продовольственные пайки и на разное качество приготовления пищи. Продовольственный паёк должен быть единым для всех в полку от командира до рядового, единым и в роде войск или службе. Стоимость именно такого единого полноценного и сбалансированного продовольственного пайка должна выплачиваться офицерам, прапорщикам, не стоящим на котловом довольствии, военным пенсионерам, а также военнослужащим срочной службы за период городского увольнения и отпусков.

Следующей болевой точкой является банно-прачечное обслуживание солдат и сержантов срочной службы. Нынешние уставные и другие руководящие документы не предусматривают наличия в солдатской казарме душевой комнаты с горячей водой. Солдату положено мыться горячей водой 1 раз в неделю во время помывки в бане (где-то 30 минут).

Перед глазами стоит картина в казарме, которую наблюдал и в которой сам участвовал в течение семи лет командования взводом и ротой. Потные и грязные пришли с занятий в поле по тактико-специальной, огневой или физической подготовке. Раздевшись по пояс, идём в умывальник, где зимой вода просто ледяная, а летом просто холодная. Умывшись, надеваем то же своё мокрое от пота или чуть подсохшее бельё, а солдаты — те же портянки. Вы хоть раз чувствовали запах грязных и потных портянок от полусотни, а то и сотни человек в общей комнате? И когда такой голодно-холодный и грязно-потный солдат натыкается в тесном проходе между кроватями на чужие сапоги, он, что думаете, скажет своему соседу: "Александр, уберите, пожалуйста, Ваши сапоги из прохода?.." Озлобленность, вызванная скотскими условиями содержания солдат, — одна из главных причин казарменного хулиганства. Конечно, одним улучшением бытовых условий проблему казарменного хулиганства не устранить. Но без решения насущных бытовых проблем благожелательный психологический климат в солдатском коллективе создать будет невозможно.

Ничего не изменилось за прошедшие тридцать лет, разве что стало ещё гораздо хуже. Если кто-то хочет бросить камень в огород командиров и начальников, мол, взяли бы, да наладили солдатам и офицерам душевые с горячей водой, отвечаю, как командир развёрнутой бригады спецназа с пятилетним стажем в должности. Оборудование казарм душевыми с горячей водой потребует резкого увеличения мощности и дооборудования котельных, прокладки труб по всем казармам, дополнительной канализации, строительства или капитального переоборудования соответствующих помещений в казармах, поскольку и раньше, и сейчас Уставом Внутренней службы душевая комната не предусмотрена, а значит, и не обязательна ни для строителей, ни для квартирно-эксплуатационной службы. При этом следует помнить, что возможности душевой должны обеспечивать помывку и пропуск личного состава роты (70-90 чел) максимум за 25-30 минут, чтобы не поломать весь распорядок дня, то есть один душ должен быть не более чем на 8-10 человек. Но даже там, где имеются возможности провести горячее водоснабжение, дело часто упирается в оплату. Установка даже нескольких электрических ТЭНов для горячей воды мне была запрещена в бригаде в начале 1990-х годов из-за дороговизны в оплате, и это в то время, при советских ценах за газ, электричество и воду! Ведь даже за текущие расходы по горячей воде надо было платить за 1500 человек. Для нынешних нищих бюджетных смет по соответствующим статьям полков и бригад такая цифра является неподъёмной. В рамках военного строительства и нужна целевая программа по обеспечению военных городков горячим водоснабжением.

Но и это ещё не всё. Солдата мало помыть. Ему надо дать возможность менять нательное бельё по мере необходимости, а не раз в неделю, как сейчас. У солдата в тумбочке всегда должна быть пара сменного белья, которое он может надеть после душа, сдав в стирку своё грязное бельё. Такой подход требует наличия в штате полка (бригады) мощных по меркам воинской части современных банно-прачечных комбинатов. Несколько автоматических или полуавтоматических стиральных машин должно быть в специальном помещении в расположении роты для самостоятельной стирки солдатами своих мелких вещей. Эти проблемы банно-прачечного обслуживания военным командирам и начальникам самим решить не удастся; она должна решаться также в рамках целевой тыловой программы.

Предложения по одежде и обуви военнослужащих необходимо предварить общим размышлением о принципах создания и ношения военной формы одежды будущей Русской Армии. Представляется целесообразным вернуться на новой ступени к древней, многосотлетней военной традиции, когда каждый (!) полк, военное училище в Русской Императорской Армии имел свою отличительную форму и знаки различия. Конечно, шить для каждого полка и училища свою форму одежды и выбирать украшения для них, как это любили делать русские императрицы, сейчас нецелесообразно. Но нынешнее пятнистое однообразие военного обмундирования всех и вся лишило солдат и офицеров внешних атрибутов гордости за принадлежность к своей воинской части, роду войск и виду Вооружённых Сил.

Представляется, что различия в форме одежды должны быть малозаметны на полевой форме одежды, хорошо видимы на повседневной и блистать в цветах и красках на парадной. То, что нынешняя власть нивелировала практически всю повседневную форму одежды Сухопутных войск и Военно-Воздушных Сил, вообще лишила солдат и сержантов срочной службы парадно-выходной формы одежды, говорит не только о скудости ума, но и о нравственном непонимании той могучей духовной силы, которую даёт единая форма полка, единые отличительные особенности формы рода войск и вида Вооружённых Сил.

Думается, что каждый вид Вооружённых Сил должен иметь форму одежды своего цвета: флот — традиционную чёрную, армия — традиционную зелёную, авиация — традиционную синюю, будущие Военно-Космические — какую-то свою, может быть, тёмно-фиолетовую, по цвету космического неба. Отличия в форме родов войск (сил) частично существуют уже сейчас в виде беретов разного цвета; их набор можно дополнить. Безусловно, на повседневной и парадной формах одежды должны быть восстановлены традиционные для Русской Армии цветные погоны, петлицы и околыши на фуражках родов войск: пехоты (мотострелков), танковых, артиллерийских, связи и дополнены у вновь появившихся. Хорошо заметными должны быть эмблемы родов войск; нынешние бесформенные "блямбы в кустах", кажется, уже заменяются.

Сама же одежда и обувь военнослужащих должна отвечать главному требованию: она максимально должна быть изготовлена из натуральных материалов, особенно предназначенная для зимы и других суровых условий. Военное — значит, настоящее, — это должно быть усвоено обществом.

О знаменитых портянках можно сказать только одно: их время прошло. Защитники портянок обычно говорят об универсальности их размера и отсутствии необходимости индивидуального подбора размеров после стирки. Эту проблему можно решить, нанося ткацким способом хорошо различимые размеры носков при их изготовлении.

В целом нужна масштабная реформа в военной форме одежды: и по внешнему виду, и по содержанию.

     3. Главной задачей и приоритетом при восстановлении русского офицерского корпуса является не повышение его материального положения, что тоже, конечно, важно, а восстановление в нём русского духа и традиций русского офицерства. Такая позиция требует, прежде всего, воссоздания в полках, бригадах и других воинских частях института полноценного Офицерского Собрания. Попытки частичного восстановления этой важнейшей структуры формирования офицерской этики, предпринятые ещё в позднее-советское время, были сведены к офицерским заседаниям и обсуждению отдельных вопросов, а в нынешней армии и вовсе сошли на нет.

Какими видятся основные направления в восстановлении Офицерского Собрания?

"Солдат живёт в роте, а офицер — в полку". Эта известная армейская сентенция означает, что солдат обучается и воспитывается в ротном коллективе, а офицеры — в коллективе полка. Если солдаты постоянно находятся вместе в расположении роты, то никакого здания или помещения для офицеров сейчас в полку нет. Такое помещение Офицерского Собрания было в полках и гарнизонах Русской Императорской Армии; его нужно восстановить в новом обязательном качестве в перечне зданий и сооружений полков будущей Русской Армии.

Здание полкового Офицерского Собрания должно иметь столовую, библиотеку с современной информационной оргтехникой, актовый зал, вмещающий всех офицеров и прапорщиков части с жёнами и детьми, помещения и классы для занятий музыкой и танцами, женсовета, семейных консультаций, обучения правилам этикета, места для отдыха и занятий спортом, и другие необходимые помещения для досуга офицеров с семьями.

Совместный обед офицеров полка во главе с командиром должен стать ежедневным обязательным мероприятием, для всех офицеров и прапорщиков, учитывая, что у офицеров, как и у солдат, будет второй завтрак (полдник) в районе 12.00-12.30, время обеда может быть в 16.00-17.00, после которого офицеры должны быть свободны. На службе в подразделениях должны оставаться только дежурные и ответственные по подразделениям.

Важнейшим фактором, действующим на формирование общего отношения к службе у офицера, является справедливый карьерный рост и продвижение по службе. Выше справедливости только честь и прощение. Офицерское собрание должно в официально установленном порядке иметь решающую рекомендательную функцию при подборе офицеров для выдвижения на вышестоящие должности и в принятии решений по вопросам чести офицера. Председателем Офицерского Собрания по должности является командир полка или бригады; Председатель Совета Офицерского Собрания должен избираться самими офицерами. По моему личному командирскому опыту организации Офицерского Собрания в 15 отдельной бригаде специального назначения ТуркВО такое формирование Совета Офицерского Собрания целесообразно осуществлять по двум секциям — старших и младших офицеров; этим же порядком необходимо формировались и Суды Чести старших и младших офицеров. Председателем Совета Офицерского Собрания бригады у нас был тайным голосованием избран заместитель командира бригады полковник А.С.Чубаров, впоследствии генерал-майор, заместитель министра обороны Республики Таджикистан. Говорю, как на духу, ни одно решение по выдвижению офицера мною как командиром бригады не принималось вопреки рекомендациям Офицерского Собрания, которые предлагались замкомбрига — Председателем Совета. Признаюсь, даже тогда, когда мнение Офицерского Собрания мне вначале казалось не самым лучшим, впоследствии оно оказывалось наиболее целесообразным. Офицеры в здоровом коллективе всегда знают друг друга лучше, чем их начальники, и могут оценить кандидатов более объективно.

В отношении будущего денежного довольствия офицеров нужно сказать, что оно должно соответствовать возможностям страны. Профессией № 1 в национальной России должен быть и будет школьный учитель. Убеждён: русские офицеры будут с достоинством терпеть тяготы и лишения военной службы при восстановлении армии и страны вместе со всем народом. Новой национальной власти не нужно будет подкупать военную верхушку, как сделано сейчас. Вместе с тем, разница в окладах по должности и по воинскому званию должна быть резко увеличена. Полковник, командир полка должен не менее чем в три раза получать больше, по сравнению с лейтенантом, командиром взвода. Выход офицера в генералы должен делать его весьма обеспеченным человеком (сейчас разница в оплате между полковником и генералом составляет чуть более 200 рублей). 
Существенной должна быть также разница в оплате за классность. Испытания на классную квалификацию и присвоение её до 1 класса включительно должны ежегодно производиться в полку. Присвоение классной квалификации "мастер" или "мастер 1 класса" должно осуществляться приказом старшего начальника, а испытания проводиться под его контролем.

Решительных, даже жёстких мер по исправлению требует нынешняя низкая физическая подготовка и безобразный внешний вид офицеров и генералов. Требования по соблюдению необходимых пропорций между ростом и весом, по строевой выправке и подтянутости, офицерской осанке должны вкладываться в офицерское мировоззрение ещё в военном училище и строго соблюдаться в процессе всей службы, с наказанием вплоть до увольнения за их нарушение. Отвислое брюхо и раскормленная рожа должны быть несовместимы с формой русского офицера или генерала. Любителям сослаться на грузный вид светлейшего князя генерал-фельдмаршала М.И. Кутузова в 1812 году и разбившего при этом Наполеона, можно ответить: отличитесь при взятии своего "Измаила", разгромите турок и местных отуреченных монголов в Крыму, заключите какой-нибудь важный военно-дипломатический договор типа Бухарестского и тогда к 67(!) годам вы тоже получите право на излишний вес. Всему же российскому офицерству и воинству — потомству великого А.В.Суворова — нужно брать с него пример: до последнего вздоха быть верным своему Отечеству и требовать с себя больше, чем с подчинённых и своих товарищей. Для повышения общефизической подготовки, по-видимому, целесообразно также рассмотреть вопрос об обязательном наличии в гарнизоне плавательного бассейна.

После денежного довольствия, а, скорее всего, и в первую очередь, сейчас офицеру доставляют беспокойство его жилищные условия. Представляется, что в течение всего периода военной службы офицер должен иметь право только на служебную квартиру с необходимой мебелью и другой обстановкой. Создание такого жилищного служебного фонда при каждой воинской части и гарнизоне должно стать приоритетной задачей государственной программы жилищного строительства. Количество комнат и общая площадь служебной квартиры, дома и дачи должны определяться служебным положением и количеством детей. За два-три года до истечения 25 лет календарной службы офицер или прапорщик должен указать населённый пункт, в котором ему должно быть предоставлено жильё, и не менее чем за год получить документы на владение квартирой или домом или необходимую сумму денег под индивидуальное строительство. Выделяемая сумма также должна зависеть от звания, должности и количества выращенных детей, независимо от их возраста на момент увольнения. Выехать и оставить служебную квартиру с обстановкой офицер по закону должен только при условии предоставления ему его личной квартиры или отдельного дома. Увольнение офицера по истечении десяти-пятнадцати или двадцати календарных лет службы должно сопровождаться выплатой определённой жилищной компенсации.

В армию, наверное, стоит вернуть воинское звание поручика, существовавшее в Русской Царской Армии с XVII века, а также традиционные казачьи звания.

Утверждение религиозно-нравственного принципа устройства Русского государства последовательно приводит к необходимости религиозно-нравственных оснований высокого воинского духа и воинской дисциплины. Будущая Русская Армия — это армия православных военнослужащих, накрепко спаянных христианской верой, вместе с которыми в одном строю служат воины ислама и других традиционных религий коренных народов России. Вера в Бога и любовь к единому Отчеству — основа духовного единства и сознательной воинской дисциплины.

Содержание и порядок исполнения православных и других религиозных обрядов, конечно, должны определяться православным священноначалием совместно с религиозными деятелями других традиционных конфессий коренных народов России. Представляется, однако, что при этом необходимо самым категорическим образом отказаться от всякого принуждения, предоставив военнослужащим в распорядке дня только время для молитв и исполнения других религиозных обрядов. В штате полка, бригады должен быть православный батюшка, окормляющий данную воинскую часть, и вся основная религиозно-нравственная деятельность, безусловно, должна строиться на основе Православной Веры. Для воинов-мусульман и других традиционных конфессий коренных народов России духовную поддержку могут оказывать их духовные лидеры по месту территориального расположения части. Такой подход нельзя оценивать, как дискриминационный, поскольку абсолютное большинство населения и, соответственно, подавляющее большинство военнослужащих относит себя к Православной Вере. Никому же не придёт в голову в Турции, Иране или в Египте ввести в армию христианских священников только потому, что среди военнослужащих есть христиане.

Иудеев в Русской Армии быть вообще не должно по их определению, как врагов Православной христианской Веры и Ислама. Как, впрочем, их не должно быть вообще ни в какой из ветвей государственной власти — ни в законодательной, ни в исполнительной, ни в судебной. Создание и выращивание русской национальной культурной элиты — важнейшая задача работы нации на предстоящие десятилетия. Поэтому деиудеизация Вооружённых Сил России должна стать частью национальной задачи по деиудизации жизни государства и общества. Таким образом, только восстановив в армии традиционный русский дух и нравственность, мы сможем рассчитывать на сознательное, а если потребуется — и жертвенное исполнение воинского долга.

О так называемой "дедовщине". Неправильное и неточное распознавание и определение противника неизбежно ведёт к его неправильной оценке, к выбору неверных или мало эффективных форм и способов борьбы с ним. Наш враг в казарме не сама солдатская иерархия в виде пресловутой "дедовщины", а аморальность солдатских отношений. Мораль в армии появится лишь тогда, когда она появится в обществе. Народ и армия едины не только в высоком, но и в низком, что в армии проявляется лишь в более резком, обнажённом виде. Иерархия всегда была, есть и будет в человеческом обществе, не только в отношениях между социальными классами или слоями, но и внутри самих общественных, профессиональных, образовательных и других социальных групп, которые внешне кажутся однородными. Явления иерархии есть уже в детском саду, в школе, профтехучилище, в рабочем, крестьянском коллективе и среди всех других людей, имеющих официально, казалось бы, равные права и обязанности.

… Когда родители моих солдат спрашивали, есть ли у нас в бригаде спецназа "дедовщина", обычно отвечал так. "Давайте вспомним первые строки замечательного стихотворения "Бородино", написанное боевым офицером М.Ю.Лермонтовым, хорошо знавшим быт и жизнь солдат. "Скажи-ка, дядя, ведь недаром Москва, спалённая пожаром…". Кто такой "дядя"? — Это бывалый старослужащий воин, к которому с уважением и почтением обращается молодой солдат. Такое деление на молодых и старослужащих абсолютно неизбежно, оно есть и в нашей бригаде, и бороться с возникновением неуставных иерархических отношений совершенно бессмысленно. Мы боремся с оскорблением и унижением человеческого достоинства, с использованием неофициальной солдатской иерархии в лично-корыстных или иных неблаговидных целях. Да, ваш сын в течение первого полугодия, скорее всего, будет выполнять наиболее грязную (физически) и другую подсобную солдатскую работу. Но мы, командиры, будем делать всё, чтобы это были отношения старшего брата к младшему". Конечно, получалось далеко не всё. Ключевым в воспитательной работе в этом направлении является создание здорового солдатского коллектива с суровой, но справедливой нравственной атмосферой.

Думаю, уникальный опыт создания таких отношений имел место в 1986-1989 гг. в бригаде спецназа Группы Советских войск в Германии, которой командовал полковник Владимир Андреевич Манченко, а я был начальником штаба. Бригада именовалась — 3-я отдельная гвардейская Варшавско-Берлинская Краснознамённая ордена А.В.Суворова III степени бригада специального назначения. Какое имя! "Какой восторг", Александр Васильевич! В этой прославленной бригаде по инициативе командования был сформирован бригадный Солдатский Комитет, в который вошли по два солдатских делегата и одному сержанту от каждой роты, избранные тайным голосованием на общих собраниях рот. Солдатскому комитету было дано право общественного контроля за доведением до личного состава положенных норм продовольственного и вещевого довольствия, наблюдения за условиями помывки в бане, предоставлением личного времени, положенного времени на подготовку к несению службы в суточном наряде и сон, и непривлечение к работам после смены, выделение спортзала, а также право решения ряда других вопросов повседневной службы и быта. Делегаты Солдатского Комитета бригады официально носили на форме особый значок. Хотя по "Положению о Солдатском комитете бригады" делегаты не имели права вмешиваться в дисциплинарную практику офицеров, прапорщиков и сержантов, иногда в частном и доверительном порядке информация на "несправедливые" действия некоторых командиров и начальников всё-таки доходила, и командование бригады со всей аккуратностью и щепетильностью подсказывало офицерам и прапорщикам, в основном, молодым и только назначенным на должность, на их те или иные педагогические ошибки. Не сразу, но постепенно в ротах, отрядах и в бригаде в целом между солдатами и офицерами стали складываться и укрепляться настоящие глубокие отношения войскового товарищества. Духовная сила такого совместного ратного служения на благо Отечества проявилась совершенно неожиданно спустя двадцать лет.

На третий день после моего ареста 17 марта 2005 года первой в следственный изолятор в подмосковной Лобне, как и положено, примчалась жена. Но вторыми меня там нашли и передали всё необходимое для тюрьмы ребята-татары из Казани, бывшие солдаты и сержанты нашей 3-й гвардейской бригады спецназа. Как офицер горжусь этим поступком своих подчинённых. Благодарю за передачу и спаси всех вас Бог, Ильмир, а теперь уже Ильмир Халикович! А ваш начальник штаба держится, и будет держаться, вы ж меня знаете…

Нынешняя власть боится общественного контроля за жизнью и бытом армии снизу самими солдатами и офицерами, поскольку боится ответственности за развал и целенаправленное уничтожение собственной Российской армии, боится вопросов по состоянию боеготовности, боевой подготовки, жилищно-бытовым и другим важным проблемам. Власть боится даже института комитетов солдатских матерей, который, по правде говоря, всё больше превращается в организацию проституирующих за иностранную плату солдатских "мамок" и отрабатывающих зарубежные гранты на бедах и несчастьях российских солдат. Солдатским "мамкам" местечко в закулисных общественных советах, конечно, найдут, тем более что солдатских отцов не видно, не говоря уже об отце солдата, которого знаем по одноимённому фильму.

Власть боится Российской армии, поэтому вместо общественного контроля снизу организует якобы общественный контроль сверху. Указ Путина от 5 августа 2006 года о создании так называемых Общественных советов, призванных контролировать работу Министерства обороны, МВД, ФСБ и СВР свидетельствует о страхе закулисного политического руководства перед нарастающим недовольством в толще силовых структур и усиливающимся расхождением между основной солдатской и офицерской массой и верхушкой.

Кажется, А.Чубайс призывал членов Союза правых сил идти в армию и в другие силовые структуры. Однако лозунг-призыв "Еврей — на самолёт, в танк и подводную лодку!" как-то должного отклика у его единомышленников не нашёл. Но руку на пульсе армии держать-то надо, вот, сейчас закулиса и пытается установить контроль над так называемыми силовиками, точнее, над верхней частью армии. Но настоящий пульс жизни армии, к счастью, бьётся в её другой части. И власть правильно делает, что боится усиления ритма политических ударов в обществе и в армии. Вводимые общественные советы контроля над армией и ФСБ помогут этой подыхающей политической власти, как мёртвому припарки, когда воедино сольются пульсирующие удары армии и народа. А пока, как и с нынешней Общественной палатой Госдумы, пусть потешатся…

Важнейшим средством исправления низкого нравственного состояния армии станет борьба с пьянством. В армию уже приходит поколение молодых людей, не умеющих и не знающих, что им делать в трезвом состоянии. Армейское, флотское пьянство не в меньшей, если не в большей степени губит военнослужащих, чем бытовая неустроенность и безденежье, особенно на войне. Никогда не забуду жуткий случай в 2000-м году в Чечне, когда пьяный механик-водитель контрактник на танке наехал на палатку и раздавил всех спящих там солдат. Не вызывает сомнения необходимость введения в России "сухого закона" немедленно по приходу к власти национальных сил, хотя бы на три месяца до установления полной государственной монополии на производство и оптовую продажу алкогольной продукции, включая пиво. Нам надо просто протрезветь после беспробудного пьянства, а точнее — после целенаправленного и систематического спаивания русского народа в течение последних более чем пятнадцати лет.

И последнее. Наполеону приписывают фразу: "Меня победил генерал Мороз и русская военная музыка". Сказал правду великий французский полководец только наполовину — его разбили и победили ещё более великие русские солдаты, офицеры и генералы. Но военная музыка действительно имеет огромное нравственное и воспитательное значение. Поэтому в каждом полку должен быть достаточно полный по составу музыкальных инструментов духовой оркестр. В своё время "под шумок" послесоветских военных размежеваний в 15 бригаде спецназ удалось создать оркестр в составе 24 музыкантов. Пришлось даже пойти на некоторое сокращение численности боевых подразделений. Но преимущества стали очевидны — жизнь бригады, выполнение воинских ритуалов приобрели праздничность и торжественность. 
* * *

Такой видится Русская Армия в будущей России или в грядущем Союзе Великой, Малой и Белой Руси. Дай Бог, чтобы достало жизни и сил ныне живущих поколений русских людей её возродить и построить.

ПОДПИСАТЬСЯ НА САЙТ ПО ЭЛ.ПОЧТЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

%d такие блоггеры, как: